Священник, прибывший с новым «поездом» (все равно зимних или летних гостей), занимал место священника, уже находившегося во дворе, и все живущие там обязаны были обращаться только к новому священнику. С общей переменой в середине XIV в. управления и вообще всей жизни иноземных дворов в Новгороде священника стали назначать на год поочередно Любек и Висбю. Жалование ему выдавалось из казны св. Петра в размере 10–12 марок, кроме того, он имел бесплатное питание, получал в качестве приплаты мех и дополнительно по полмарки на проезд в Новгород и обратно.
С переходом руководства ганзейской конторой в Новгороде к ливонским городам последние стремились взять в свои руки и назначение священника, что вызвало резкий протест Любека и Висбю (см. главу IV).
Кроме его непосредственных обязанностей священнику обычно поручалось писание писем, причем письма от имени двора он писал бесплатно, а частные — за определенную плату. Священник объявлял об общем собрании, ему же передавались ключи от церкви, если отсутствовали старосты св. Петра и их помощник. Он занимал во дворе отдельную спальню, в которой разрешалось отвешивать серебро плавильщикам серебра. Очевидно, комната священника использовалась для этих целей потому, что его присутствие гарантировало честность операций.
Известно о пребывании во дворе специального переводчика, которого IV скра упоминает в связи с размещением в его спальне еще шести купцов; в V скре есть статья, определяющая плату переводчику за его услуги в 8 гривен серебра и не меньше. К сожалению, подробных сведений об условиях работы переводчиков в конторе источники не содержат. Судя по решениям городских съездов 1402 и 1405 гг., о переводчике заботились сами города, именно они указывали немецкому купечеству в Новгороде, когда оплатить работу переводчика или дать ему отпуск в связи с бесполезностью его пребывания в конторе. Вероятно, переводчик не всегда требовался во дворе, поскольку среди купцов постоянно находилась группа молодых людей, приезжавших в Новгород специально для обучения русскому языку. Видимо, они в случае необходимости и выполняли обязанности переводчиков. Их возраст не должен был превышать 20 лет, что оговорено статьей скры.
Согласно скре для проверки различных товаров, особенно воска и сукон, назначались досмотрщики, т.е. лица, устанавливающие доброкачественность товаров. Порядки осмотра воска и сукон были строгие: купцы, не представившие для осмотра свои товары, платили штраф в 10 марок серебра, а если они оспаривали решения досмотрщиков, то также присуждались к штрафу в 10 марок. В 1405 г. была установлена должность досмотрщика вина и медового напитка.
Находились во дворе и ливцы серебра, портной, пекарь, пивовар. До XV в. пиво варили по очереди сами купцы, при этом разрешалось варить его только на Немецком дворе.
Главным законодательным органом конторы было общее собрание (meynen stevene) всех присутствующих во дворе купцов под председательством старост двора и св. Петра или заменяющего их управляющего двора. Собрание обсуждало все важнейшие дела двора: здесь зачитывались письма городов, сообщения послов, вершился суд в торговых и уголовных делах. Общее собрание утверждало постановления фогтов. За неявку на собрание полагался штраф: по I—III скре в 5 кун, а в некоторых случаях — в 10 кун; по IV скре штраф увеличился до 1 марки серебра.
Все принятые собраниями решения непременно записывались в специальную книгу (denkebok), а новые юридические постановления сначала отправлялись для утверждения в города и только в случае их одобрения включались в скру. Некоторые важные постановления вывешивались для всеобщего обозрения. Здесь же на лестнице вывешивались имена новгородских купцов, с которыми по тем или иным причинам запрещалось торговать. Ганзейские города просили сообщать им эти имена, чтобы бойкотировать названных новгородцев там, где они появятся. При урегулировании конфликта между новгородскими и ганзейскими купцами в 1436 г. в договоре было записано: «а кто из русских у немцев записан на лестнице, тех с лестницы снять и торговать с ними по старине».
Вся жизнь двора была строго регламентирована постановлениями скры. Немецкое купечество в Новгороде постоянно заботилось об охране дворов и церкви от пожаров и от всяких посягательств со стороны русских. Уже в I редакции скры имелись постановления об охране дворов и церкви, полностью перешедшие во вторую и третью редакции. Согласно этому постановлению дворы охранялись и днем и ночью всеми купцами без исключения; в церкви дежурили только ночью. Для охраны содержались собаки, которых на ночь спускали с цепей. За уклонение от дежурства по охране двора или церкви назначался штраф в 1 марку кун, за неявку на охрану виновный платил марку серебра. Специально оговаривалось, что «держать стражу» двора обязаны были, наравне с морскими, и сухопутные гости. В III скре было добавление о том, что несовершеннолетние не привлекались к охране двора.
