Судьба подкинула непростую задачку — выжить в чужом, мрачном мире, где человеческая жизнь порой дешевле банки тушенки. И не только выжить, но и чего-то добиться, не упасть, не сломаться. На что надеяться, во что верить? В то, что новичкам везёт…
Водитель и так редко жал на газ, а сейчас сбавил скорость вообще до минимума, старенький «ПАЗик» ползёт по разбитому асфальту со скоростью хромой черепахи. Автобус утонул в молоке тумана, ни видать ни черта. Ещё и воняет какой-то химической кислятиной, даже в салоне чувствуется едкий запах. Антон с трудом сдерживался, чтобы не заматериться в голос, он уже двадцать минут как должен быть на работе. Иваныч там поди рвет и мечет. И как назло, со связью проблема, так что позвонить и извиниться за опоздание — не судьба. Хотел же взять такси, уже был бы на месте, но нет — жаба задушила отдать пару сотен. А теперь и премии не видать, и за опоздание оштрафуют. Когда же дорогу преградил «КАМАЗ», небрежно припаркованный поперёк дороги, Антон готов был уже кого-нибудь прибить от злости…
Хлопнула дверца, водитель пошёл разобраться с «коллегой», плечистая фигура, обтянутая не очень свежего вида тельняшкой, почти потонула в тумане, можно с трудом лишь различить смутный силуэт. Антон перешёл с хвоста автобуса вперёд, чтобы получше было видно. А водила, пошарив в грузовике вернулся обратно.
— Ну что там?
— Да баран какой-то в отбойник уткнулся и бросил машину. Бухой, поди, был.
— А убрать ее никак?
— Точно! — Шофер хлопнул себя по лбу, — там же ключи торчали. Щас, уберу! Чет башка трещит, не соображаю ни хрена.
Водила снова устремился к грузовику, уже забираясь в кабину, позвал Антона:
— Э, пойдём глянешь, чтоб я задницей куда не въехал. Там на панели справа от руля кнопка, чтоб дверь открыть, дотянись.
Антон перегнулся через спинку кресла, пальцы коснулись тумблера. Дверь распахнулась, и с клубами едкого тумана в салон ворвался звук тяжёлого двигателя, причём не от «Камаза». Антон замер на ступеньках, вслушиваясь, звук стремительно приближается. Все что успел разглядеть — огромный силуэт, и тут же в зад автобуса на огромной скорости влетел автокран. Стальная махина смяла салон наполовину, Антон от удара вылетел в дверь, в полёте не слабо приложившись головой. Жуткая боль мгновенно погасила сознание.
Сколько провалялся в отключке — неизвестно. Видимо, не очень долго — кровь на лице, стала вязкой, плотной, но толком не подсохла. Голова раскалывалась просто жуть, Антон даже медленно ощупал ее, но нет, вроде бы цела, только бровь рассечена сильно. Но это пустяк — не смертельно. С трудом поднялся, бросил взгляд на дорогу и… остолбенел. Бесконечная стена машзавода слева, что должна вообще-то тянуться ещё очень долго, метрах в семидесяти дальше обрезана словно ножом, а на месте гигантского цеха — пустырь, поросший мелкой пыльной травой. Справа же к дороге вплотную прилепился маленький посёлок, домов пятнадцать. Причём, судя по пустым глазницам окон, провалившимся крышам кое-где и сорванным с петель дверей в ближних избах, последние жители покинули это место очень давно.
«Не может быть такого! Это ж бред!» Парень двинулся к поселку, в надежде, что тот растает как мираж, как тот проклятый туман, что донимал все утро. Но поселок и не собирался исчезать.
От дальнего дома отделился силуэт, Антон узнал водителя, тот медленно брёл, сжимая в руке монтировку. Завидев парня, поспешил навстречу.
— Я думал ты того, помер! Удар страшный был!
— Что здесь вообще происходит?
— Да я знаю, что ли? Сам нихрена не пойму, — водитель бросил монтировку, дрожащими руками вытащил из кармана измятую пачку сигарет, с трудом закурил — пальцы отказывались слушаться. — В посёлке никого, как будто и не жил здесь лет двадцать никто. Да и как мы тут оказались, вообще не соображу.
Шофер сел на землю, обхватил ладонями голову, тонкая струйка дыма от зажатой сигареты медленно поплыла вверх. Антон опустился рядом, заскрипел зубами — любое движение отзывалось адской болью в голове. Шофер заметил, как парень скривился:
— Что — тоже башка трещит?
Антон кивнул и тут же очень пожалел об этом.
— И у меня также. Че-то здесь не то. Млять, да тут все не то и не так! — мужик со злостью швырнул недокуренную сигарету.
— Что делать то дальше будем?
— Да хрен его знает. По идее, нас уже раз двадцать должны были найти. Но никого нет, тишина мертвая! Можешь, конечно, посчитать меня психом, но кажется… кажется мы попали в другой мир.
- Тогда я тоже псих. Потому что и сам об этом подумал.
Водитель хмыкнул:
— С ума говорят, по одиночке сходят, так что мы явно не бредим.
Антон спросил, хотя и сам знал ответ:
— Больше никто не выжил?
— Нет, только нам с тобой… повезло.
— Ещё не факт, что действительно повезло.
В звенящей тишине вдруг отчётливо послышался звук двигателя. По дороге, что прорезала посёлок змеей, медленно пылила машина, судя по очертаниям — внедорожник или грузовичок. Водила поднялся:
— Неужели люди?
