Пионер, 1981, № 12.
Однажды в классе пронесся слух, что вот-вот у нас новичок появится. Сейчас уже не вспомнить, кто про это первым заговорил. Это вообще-то и неважно. Но мне все-таки кажется, что Нвард. У нее нюх — все новости первая узнает. Нам с ней по пути, так что иногда столкнусь с ней до школы — и порядочек: новость вторым узнаю. Мальчишки мне ой как завидуют.
Прошло несколько дней, и мы заволновались: новичка нет как нет. Значит, «утка»? А кто ее пустил? Напрочь забыли. А девчонкам не до нас: пока мы спорим, глотки надрываем, они скучатся в коридоре, возле окна, и давай шептаться. Прямо конца нет их девчачьим секретам.
А может, все же не «утка», придет новенький? Да вдруг не новенький, а новенькая? Не помню, кто первым сделал такое предположение. Не важно. Но, по-моему, все-таки Тигран. Он сидит в третьем ряду на галерке один-одинешенек и думает, что классная руководительница, конечно же, рядом с ним усадит новенького… вернее, новенькую.
Я стал утром пораньше из дому выходить и Нвард на углу дожидаться. Она всегда в школу с младшей сестренкой ходит, с Лилит. Дня два я решиться не мог о новичке заговорить, а мне так хотелось хотя бы вторым что-нибудь про него выведать. Не допытывался я потому, что хорошо Нвард знаю. Спросишь ее, например, какой фильм пойдет в кинотеатре «Раздан» через две недели, она ни за что прямо не ответит, начнет зубы заговаривать. Вдруг ни с того ни с сего выпалит: «А почему ты вчера „трояк“ по алгебре схватил?» Да еще при Лилит! При третьеклашке! Зачем ей, малявке, такое знать? Я Нвард начинаю тихонько втолковывать, что «четверки» и «пятерки» по математике зависят от способностей. Виноват я, что ли, если неспособный родился? Зубрю, зубрю, и никакого толку! Это моя беда, а не вина. Пусть спасибо скажут, что «пар» не хватаю. Я лично очень доволен: «пара» или «кол» — последнее дело.
Ну, короче, ничего про новичка мне не удалось у Нвард выведать. И мальчишки мало-помалу начали утрачивать к нему интерес…
Вот тут-то, перед самым звонком, учитель и объявил, что на следующем уроке к нам придет новичок.
— Ура! — заорали мальчишки.
— Возле меня посадят, больше некуда, — говорил на перемене Тигран каждому отдельно.
А девчонки, конечно, опять столпились у окошка в коридоре и принялись шептаться. О чем, любопытно?
Не успел звонок прозвенеть, мы уселись на свои места и замерли в ожидании.
Немного погодя в класс вошла наша классная руководительница, а вслед за ней… новичок.
При виде его я обернулся и взглянул на Тиграна. Он сидел побледневший, растерянный, покусывал в волнении губы и смотрел в пространство.
А новичок…
Новичок стоял как столб у доски. Да и как иначе он мог стоять! Ведь это был обыкновеннейший робот! С гладким блестящим металлическим телом, несуразными руками-ногами и головой-коробкой. А глаза у него — как красные подфарники у машины, которые загораются, когда на тормоз нажмешь.
— Ребята! — сказала наша классная. — Аби будет учиться с вами. Познакомитесь с ним на перемене. Аби, — обратилась она к роботу и обвела взглядом класс, подыскивая, куда бы его усадить, — пойди и сядь в третий ряд, за последнюю парту. Рядом с Тиграном.
Робот, не обращая внимания на жалкий вид Тиграна, направился к галерке, поскрипывая половицами, и уселся возле Тиграна.
Ужасно медленно тянулись сорок пять минут — я уж было потерял надежду, что урок когда-нибудь кончится. Нвард, видно, тоже изнывала — не выдержала и шепнула: «Наверное, электричество отключили». Это известие тут же облетело класс, и все стали тревожно переглядываться. Рубик, сидевший под выключателем, тут же смекнул, что следует проверить, есть свет или нет. Когда учительница отвернулась к доске и стала писать домашнее задание, он подскочил и щелкнул выключателем. Свет зажегся и тут же погас. Учительница и не заметила, потому что в классе было солнечно.
Наконец-то прозвенел звонок. Учительница подошла к своему столу и сказала:
— Ребята, Аби нам прислали ученые. Он будет учиться вместе с вами, вы с ним дружите — он науке очень нужен.
На перемене девчонки не шептались в коридоре, а окружили Аби таким плотным кольцом, что нам, мальчишкам, пришлось залезть на парты и на подоконники, чтобы видеть робота.
Аби с удовольствием отвечал на бесчисленные вопросы девчонок. Хоть физиономия его казалась тупой, но ответы нас изумляли.
— Сколько тебе лет, Аби?
— Мне три месяца.
— Ты мороженое любишь, Аби? Я за день десять штук съесть могу.
— Нельзя, — ответил Аби, — простудишься и заболеешь воспалением легких.
— Аби, а с кем ты дружить собираешься — с девочками или с мальчишками?
— Я собираюсь дружить со всеми.
Этот ответ разочаровал и нас и девчонок. Ну, конечно, что ждать от робота — такую глупость только робот и может выдать.
