Если так подумать, воин, когда таранит противника, вкладывает в удар весь свой вес. А что можно считать его весом? Не только же массу тела, не-е-ет. Ещё и массу всего снаряжения. И зачастую масса воина может увеличиться дополнительно на половину его собственной массы. И это довольно… внушительно. И получается, что если для самого воина создаётся ощущение небольшой лёгкости, то для врага всё остаётся тем же. То есть воин сможет развить большую скорость при всё той же массе. Магия, чёрт её дери! Но зато какая полезная магия!
Когда мы закончили с переносом всех вещей, то сами уселись в телегу. Возничий у неё был, так что нам не нужно было ею управлять. Мы просто расположились в тех местах, где были пустоты… и стали наблюдать за происходящим вокруг.
А происходило довольно много всего интересного. Весь военный лагерь переезжал, если ещё не переехал. Множество воинов собирали палатки и грузили их примерно в такие же телеги, в которой ехали мы. Даже палатку кладовщика, стоило нам оттуда выйти, начали собирать, а стеллажи оттуда вытаскивать и разбирать.
— Удобно, — кивнул я в сторону конструкций. — Взял — собрал, взял — разобрал. Была бы вся мебель такая…
— То разлетелась бы при активном использовании к хренам, — резко оборвал меня бывший воин. — Ты меня прости, но я тебе по личному опыту скажу… да, это удобно при постоянных маршах. Компактно, разбирается, удобно… но ломается это говно лошадиное довольно часто. В обычном быту лучше нормальную мебель использовать, а не вот такое. Поверь мне на слово.
— Поверю, Люцус, — кивнул я ему с улыбкой.
Дальнейший путь мы проделали в тишине. Усталость постепенно возвращалась, из-за чего я начал незаметно для себя кивать головой, постепенно засыпая. И как бы я ни старался бороться со сном, общая усталость, сонливость… да и вот вообще всё вот это вокруг допекло меня… и я начал засыпать буквально на ходу. В рассказах стариков часто воины спали, например, в седлах… я не верил этому. А теперь понимаю из-за чего. Усталость. Банальная усталость. Но я боролся и не давал богу сновидений выиграть в этой битве.
— Ты бы отдохнул, — каким-то образом рядом со мной очутилась Ника, на лице которой были нежная забота и лёгкая тревога. — Понимаю, стараешься помочь всем… защитить нас, но, Астер… ты бы видел себя!
— Я как раз еду отдыхать, Ник, — развернулся я полностью в её сторону и заметил, что она сидит боком на гнедом скакуне, которого вёл какой-то пацан лет двенадцати от роду. — Что, госпожа решила прогуляться?
— Да ну тебя, скажешь ещё тут, — смутилась она тут, но улыбнулась. — Всё куда банальнее. Просто со скакуна больше видно. Контролирую процесс перемещения лагеря. Всё же… меня царь назначил старшей среди… обоза, скажем так. Временно, пока Легион тут… но я не могу его подвести.
— Ещё скажи, что это назначение на тебя упало, так как ты единственная высокородная, за исключением меня, — хмыкнул я с лёгкой улыбкой на лице.
— Вообще-то так и есть, — с грустью подметила она. — Все наши друзья погибли. Даже среди тех, кого вы смогли вытащить из пещеры… не было других высокородных. Они или в каком-то там главном лагере… или уже убиты при нападении.
— Скорее всего, последнее, — вмешался в наш разговор Люцус. — Уж простите, юная госпожа, что так нагло вмешиваюсь в разговор, но все наши высокородные, даже дамы, обычно отлично владеют оружием. И они, сто процентов, встали на защиту города. Найденный во время сражения Астером шлем только подтверждает этот факт.
Я тут же попытался вспомнить, про какой именно шлем он говорит… а потом до меня дошло. Тот самый, который принадлежал какому-то ветерану. Значит… этот ветеран был высокородным? Товарищем моего отца? Что-то я не помню, чтобы каждый ветеран признавался высокородным… скорее всего, он им был изначально, но мне об этом просто никто не сказал.
— Так и есть, уважаемый… — замялась девушка, явно намекая пухляшу.
— Люцус, госпожа, — сделал он поклон головой в знак уважения. — Прошу прощения за мою дерзость, что сразу не представился. Ваш молодой человек весьма смышлёный парень. Я искренне рад, что вы переживаете за него.
— Он не мой… — смутилась тут же она, после чего отвернулась и на кого-то закричала: — Вы куда телегу тянете, остолопы⁈ Продовольствие — в южную часть города, в самую защищенную точку, ибо к ней добираться дольше всего! Откуда вы, Аид вас подери, свалились на мою голову?..
Я лишь усмехнулся. Она даже не видела того, кто и где тянет телегу. Словно интуитивно почувствовала, развернулась и наорала. Ну… а почему бы и нет? Если у неё уже есть опыт в управлении, а он в какой-то степени чувствовался, значит, она что-то да понимала, ожидала нечто подобное.
А мы тем временем уже подъезжали к городу, возле которого стоял десятый, пристально буравя меня взглядом.
— Кажется… не суждено мне отдохнуть… — пробормотал я себе под нос, так тихо, чтобы никто не услышал.
Нельзя ударять в грязь лицом. Проявишь слабость — свежее мясо тут же сожрут.
Оружие:
