Олег еще раз недоверчиво покосился на крошечный циферблат с тремя цифрами, чокнулся со стоящим на столе бокалом апельсинового сока и молча осушил половину кружки.
– Да ну нет! – не выдержал он. – Скажи, что это розыгрыш! Василий «Полтора Вискаря» не может завязать!
Его собеседник поморщился, как будто ему напомнили о чем-то неприятном, однако ответил спокойно:
– Не розыгрыш. Я больше не употребляю спиртное.
– Но… почему? – собственный голос показался Олегу беспомощным.
– Не испытываю потребности.
– Но… как?
– А вот это хороший вопрос.
Василий наконец пригубил свой сок, и это окончательно убедило Олега, что все происходящее не шутка.
– Токс? – повторил Олег. – Что за странное название? Это какая-то группа, где все садятся в кружок, говорят: «Здравствуйте, меня зовут Василий, и я – алкоголик», а в конце ведущий рассказывает, как поехал за добавкой в супермаркет и задавил собственного сына?
Вопросы выливались из него с легкостью, которая всегда приходила после первого литра. Строго говоря, в этом состоянии Олег уже не очень нуждался в собеседнике, тем не менее Василий терпеливо отвечал ему, когда приятель замолкал хоть на секунду.
– Ничего подобного. Токс – это закрытый клуб, что-то вроде трехдневных курсов…
– Где вас привязывают к батарее, отбирают весь алкоголь и заставляют вслух читать Аллена Карра?
– Никто никого не привязывает. И пить там можно.
– Понял! Пить можно, но при этом вас бьют электрошокером, а в алкоголь подмешивают рвотное. И в конце говорят, что, если вы еще хоть раз выпьете, вашей жене отрежут мизинец.
– Какой мизинец! – Василий закрыл лицо ладонью. – Где ты такого только насмотрелся?
– Не-не-не, – сам себе возразил Олег. – Вас заставляют пить, пока из ушей не полезет. У меня так было с шашлыком. Съел однажды два килограмма и потом пару лет не мог на жареное мясо смотреть.
– Все не так! Там дают пить, но в пределах разумного. И все такое… как сказать?.. изысканное.
– А! – На мгновение Олегу показалось, что он все понял. Но когда он тряхнул головой, ощущение прошло. – Ну а что тогда?
Василий вздохнул.
– Вот смотрю я на тебя, Олежка, и думаю. Неужели всего полгода назад и я был таким же… – Он запнулся.
– Таким же кем? – с подозрением уточнил Олег. – Надеюсь, ты хотел сказать: красавцем, умницей, душой компании?
– Вроде того, – кивнул Василий, но Олег уже успел обидеться.
– Вообще-то ты и похлеще…
– Не напоминай. Все в прошлом. Потом я узнал о Токсе, и с этого начались лучшие сто шестьдесят семь дней в моей жизни. Ну… не считая детства.
Олег не к месту вспомнил, что уже видел у Василия такие же горящие глаза и слышал такую же искренность в его голосе. Несколько лет назад, когда уже под утро они сидели вдвоем на чьей-то кухне, на дне последней бутылки плескались последние пятьдесят грамм, и Василий битых полчаса убеждал Олега отдать их ему, потому что… О, он привел множество доводов, но ни один из них не смог переломить «пьяной жадности», и пятьдесят грамм в итоге располовинили.
– Так как работает этот Токс? – повторил Олег.
– Не могу объяснить.
– Что, дал подписку о неразглашении?
– Нет. Но лучше заранее ничего не знать.
– Иначе не подействует? – хмыкнул Олег.
– Подействует. Но ты останешься без приятного сюрприза.
Василий положил на стол визитку. На лицевой стороне было написано только ТОКС и номер телефона. Сочетание цветов – золотистые цифры на черном фоне – было таким же, как на «браслете трезвости» Василия. Олег перевернул визитку – она оказалась односторонней – и убрал в бумажник.
– Ладно, разберемся, – сказал он. – Слушай, а зачем ты вообще меня сюда позвал?
– За этим, – ответил Василий. – Как раз за этим.
– Кхм… Тогда я закажу еще одну, – предупредил Олег и показал бармену пустую кружку. – Не зря же машину оставил.
– Честно говоря, я тебе даже немного завидую, – улыбнулся Василий. – Ты еще не понимаешь, какая же это дрянь.
У Олега не было проблем с алкоголем. Ну почти.
Время от времени он натыкался в Сети на списки вроде «Десять признаков алкогольной зависимости» и с удовлетворением констатировал, что повода для паники пока нет. Он употреблял не каждый день. По будням вообще практически не пил, хватало забот на работе. По выходным? Ну, а как иначе убить эти бесконечные сорок восемь часов? Он не всегда допивал. Несколько початых бутылок пылились на антресоли в кухне месяцами. Он не высасывал из пальца поводы, чтобы выпить. Хватало официальных, любезно предоставленных правительством. Да, настроение его поднималось в предвкушении выпивки, но не до дрожи в коленках и потеющих ладошек, а умеренно, как перед встречей со старым другом. И да, алкоголь давно не вызывал у него рвоту, но ведь это вопрос опыта и самодисциплины.
Он в любой момент мог остановиться. Иногда «вставал на просушку». Один раз продержался без выпивки ровно сто дней – какой алкоголик так бы смог?
Так что проблем с алкоголем у Олега не было. Ну почти. Но это «почти» за последние два-три года стало заметно шире, гибче, толерантнее. Олег чувствовал это и немного тревожился.
