Одновременно с его словами кольцо обожгло палец. Я дернулась и заморгала. Эрик там что, не отпуская, жмет на кнопку, или что там у него?
— Кайл! Оставь в покое гуара! — прикрикнула Марта, Сорин мгновенно перестал трястись, а я удивленно уставилась на Бабочку.
Она все еще называет меня Кайлом.
— Марта? — неуверенно просипела я, глядя в голубые глаза сестры. — О чем ты говоришь?
— Как давно ты перестал принимать таблетки? — холодно спросила она.
«Какие еще таблетки, Сорин?!» — взвыла я мысленно.
«Я не знаю, Кайл чем-то закидывался каждый день, но мне не рассказывал», — быстро ответил мне гуар. — «Хрен разберет этих наркоманов, на чем он там сидел».
— Ты думал, я об этом не узнаю? — продолжала, между тем, Марта. — Ты не контролируешь себя со своим зверем, у тебя опять мигрени, Мэйсон говорит, ты стал забывчивым. Вчера ты рыдал над мелодрамой, в бордель через день ходишь. Твое расстройство берет над тобой верх, и ты решил, что я этого не замечу?
И женщина возмущенно уставилась на меня. А я хотела рыдать от счастья. Пронесло! Облегчение затопило меня с головой, в глазах предательски защипало от слез. Я шмыгнула носом.
Марта закатила глаза:
— Вот, опять ревешь, как маленький мальчик, и ты считаешь, что у тебя все в порядке?
«Отрицай, что больна», — подсказал гуар.
— Марта, я полностью здоров! — начала я, ерзая в кресле. — Просто нервничаю много, работа такая.
— Да, да, — сестра снисходительно посмотрела на меня. — Еще и отрицаешь очевидное. Так когда ты перестал принимать лекарство?
Я молчала, глядя в пол.
— Кайл! Отвечай!
— Неделю назад, — тихо сказала я, надеясь, что это правильный ответ.
— И зачем ты это сделал?
— Я хорошо себя чувствовал, и решил, что в таблетках нет нужды, — пробурчала я.
Бабочка резко закрыл нож и спрятала его в карман.
— Я потратила кучу денег на то, чтобы стереть упоминания о твоей биполярке из твоей истории болезни, — прошипела она, сложив руки на груди. — Сейчас, когда мы под неусыпным наблюдением ОБ, ты должен быть идеален во всем! И в своем поведении тоже!
Сколько новостей! У Кайла, оказывается, биполярное расстройство, и Гереры в курсе, что их пасет ОБ, хотя, кто бы сомневался. Теперь понятно, почему в досье Кайла не было ни слова про болезнь, все успели подчистить.
— Но я нормально себя веду, — мямлила я, все так же глядя в ковер.
— Нормально? — гаркнула Марта, а я вздрогнула. — Ты в любой момент можешь сорваться, Кайл! Убить проститутку! Прибить гуара! Ладно, если это произойдет дома, а если нет? Тебя упекут за любую оплошность! Промахи недопустимы! Когда мы станем окончательными хозяевами Альдерии, делай что хочешь, но сейчас будь добр, пей таблетки!
Я подняла на Бабочку глаза. Да тут не у одного Кайла расстройства, тебе тоже таблетки не помешают. Хозяйкой Альдерии решила стать? И впрямь, ничего необычного.
— Я приказываю тебе принимать лекарства, пока не разрешу обратного, слышишь меня? — продолжала распаляться сеструха. — Это была крайняя мера, но ты по-хорошему не понимаешь. Клятва не даст тебе ослушаться, ты ведь в курсе?
О. Значит, когда она отдает приказ, его нельзя нарушить? Мощно!
— Я понял тебя, сестра, — покаянно произнесла я сквозь зубы. — Не волнуйся, больше такого не повторится.
— Не сомневаюсь, иначе тебе будет очень больно, — припечатала Марта, и, обойдя стол, села в свое кресло.
Слава Вселенной, кажется, песочить меня закончили.
— У нас мало времени, — продолжала говорить Бабочка, что-то просматривая в ноутбуке, — маголет вылетает через два часа, поэтому слушай внимательно.
В смысле, через два часа? Я что, уже сегодня отбываю в увлекательное путешествие прямо в пасть к барыгам? Мы так не договаривались!
— Сначала летишь к Киссе, потом к Питу, потом к Мигелю. Накопители вот-вот будут готовы, скоро придет пора делить конфетки.
Конфетки! Совсем ты тронулась, Марта.
— На каждого по два кило, — продолжала Бабочка, не догадываясь о моих мыслях. — За опт проси с каждого по миллиарду луаров. Максимум можешь скинуть двести миллионов.
В моей голове обезьяна с музыкальными тарелками в руках била ими друг об друга. Миллиард? Миллиард луаров? Это вообще сколько нулей? Захотелось нервно рассмеяться, но я заставила себя внимательно слушать.
— Кисса — самая ушлая, не поддавайся не ее уловки, как только тебя встретят в аэропорту, ничего не ешь и ней пей, понял?
— Это еще почему? — не подумав, брякнула я.
Марта кинула на меня взгляд, не предвещающий ничего хорошего:
— Говоришь, что здоров, Кайл? — вкрадчиво спросила сестрица, а я судорожно вспоминала отрывки из досье на диссу Киссу.
Что-то там было про дар к травоведению и ядам. Точно! Я еще подумала, что Жози ее коллега, и если у нее не попрет в косметологии, то можно переквалифицироваться в наркобаронессу.
— Да здоров я, здоров, просто запамятовал! — заорала я. — Кисса травануть меня может, каких-нибудь капель в стакан добавить, курицу наркотой нафаршировать! Все понятно, я помню!
