– Ну, пошли, пошли. Гулять! – и молодой доберман сел смирно, потом взял поводок и пулей выбежал из квартиры. Письмо я взял с собой, начну читать, пока Джек будет носиться за белками. Хоть какое–то разнообразие.
В наше время редко можно получить письмо по почте, скоро наверно вообще почтовые ящики прекратят вешать в новых домах. Но в моем доме ящик был, и однажды под Новый год я нашел в нем письмо. Адресовано было не мне, а некоему Мирославу от Али Славной, причем без обратного адреса на конверте, что показалось мне очень странным.
Впереди меня ждали долгий вечер перед телевизором и прогулка с псом. Лязгнув ключами, я услышал нестерпимый вой моего защитника: ждал, бедный, меня весь день.
– Ну, пошли, пошли. Гулять! – и молодой доберман сел смирно, потом взял поводок и пулей выбежал из квартиры. Письмо я взял с собой, начну читать, пока Джек будет носиться за белками. Хоть какое–то разнообразие.
Я дошел до парка. Мой пес отчаянно лаял на рыжую красавицу и прыгал по белоснежному ковру. Видимо звал поиграть. Но белка оставалась сидеть на ветке.
Раскрыв конверт, я достал несколько листов с легким ароматом духов, аккуратно исписанных с двух сторон черной ручкой. Присел на скамейку и принялся читать.
«Мирослав, мне понравилось, когда ты заглянул ко мне в душ. И твой взгляд в тот момент, ах, только от одного взгляда можно сойти с ума! Прости, что я тебя выталкивала, все–таки нас могли увидеть, но втайне я этого желала!
Открыто я не могла тебе сказать, что жду тебя, но по моему скромному румянцу, думаю, это было заметно.
О, ты так быстро ушел, что я расстроилась. Мне хотелось, чтобы ты настоял, и вошел ко мне в кабину. Я хотела ощутить твое прикосновение, как ты обнимаешь меня под струящейся водой, притягиваешь к себе с силой, а чтобы я не позвала на помощь, закрываешь рукой рот, не сильно, но чтоб я поняла: не стоит кричать.
Пишу сейчас тебе, а в голове разные сцены мелькают, фантазия накрывает волной, и в тоже время стыдно о таком рассказывать…»
– Гав! – Джек притащил палку.
После игр с псом, поев и немного отдохнув, я продолжил чтение. Аля писала о своих чувствах к этому мужчине, который неправильно дал ей свой адрес, а может быть, намеренно. Это было очевидно, иначе я бы не достал это письмо из своего ящика. Из написанного стало понятно, что они находились вместе где–то по работе, в одной гостинице и каким–то образом оказались одновременно в душе. Точнее Але так хотелось. Она писала такие горячие слова, что я чуть не проклял этого Мирослава за его бездействие. Девушка сохнет по нему до неприличия, но воспитание не дает ей просто наброситься на него. А может быть он это чувствовал, но что–то его останавливало?
И тут я понял ее, почему она решилась на письмо. Недавно и я сам испытывал подобные чувства к нашей новенькой сотруднице, невзирая на скромный вид и консервативный стиль, она меня манила к себе. Своими серыми глазами, своим запахом, своими волосами, в которые хотелось зарыться и вдыхать этот аромат женственности и сексуальности. Другие почему–то этого не замечали, а оно и к лучшему, а то уже бы давно совратили. И еще эта скромность в ее манерах, хотелось обнять навсегда и целовать, целовать, целовать.
Но она не обращала на меня внимания и, чтобы не получить отказ в лоб, я хотел написать письмо. Но потом с этой подготовкой к новогоднему корпоративу просто забыл, и решил, что не стоит оно того.
«Одно только воспоминание о тебе волнует меня, и по телу растекается приятное наслаждение, хочется быть с тобой, ощущать твои руки на моих плечах, талии и ягодицах. Хочу, чтобы ты меня целовал: от макушки до кончиков пальцев всю ночь, а потом еще и еще. Хочу, чтобы ты дразнил меня своими пальчиками, а твои губы с горячим языком ласкали набухшую от возбуждения грудь и опускались ниже и ниже…»
Вот урод! Такую женщину упустить! Это преступление, что где–то томится жаждущая и скорее всего безумно красивая женщина!
Внутри бушевала энергия, я готов был сиюсекундно оказаться рядом с ней, в ее объятиях, но мне нужно было разрешение. Нельзя же просто так прийти и взять женщину, даже если она этого очень хочет.
В конце письма был написан номер телефона, и я дрожащий рукой стал забивать цифры. Записал: Аля Славная. Это женщина и вправду славная, что написала столь возбуждающее письмо, а я идиот. Ну не мне же она его писала, не мне.
Что я ей напишу, а если позвоню? Она же поймет по голосу, что я не Мирослав. Дурак, ну дурак!
Джек давно заснул у меня в ногах и пришлось изрядно потрудиться, чтобы вылезти из- под него. Еще и ноги онемели под его тяжестью. Я рассмеялся от картины: герой–любовник с онемевшими ногами звонит незнакомой женщине и предлагает ей встречу. Идиот.
Зазвонил телефон.
– Сань, помнишь нашу новенькую? Как думаешь, у меня есть шансы? Хочу на корпоративе ее склеить, – Мишка вернул меня в реальность.
– Михаил Сергеевич, ну вы взрослый женатый мужчина, в самом деле, оно вам надо? – как можно более осуждающе ответил я другу. Значит, не один я почувствовал ее, вот и Мишка–дурень хочет теперь ее соблазнить.
