Первый шаг через порог и все возможные и теоретические ожидания, по одному лишь запаху оправдались. В прихожей висело женское пальто, от которого ненавязчиво пахло цветочными нотками; возле тумбочки с зеркалом столь же легко отдавало косметикой, и через всю квартиру крадучись пробирался запах домашней еды. В одном аромате совмещались и мясные нотки, и часть картошки, и какие-то овощи, которые было невозможно угадать, пока не подойдешь поближе.
Неторопливо сняв обувь с верхней одеждой, он прошел на кухню, вслед за манящим запахом. Подходя ближе, уже отчетливо можно было услышать шум телевизора, слегка гремящие тарелки со столовыми приборами, а также стукающиеся друг о друга бокалы. Неслышно зайдя в кухонный дверной проем, он увидел, как она, слегка пританцовывая, домывает остатки посуды. Мысли о том, как же к ней подобраться напомнили ему первые свидания с девушками, когда необходимо много раз подумать, прежде чем что-то сказать или сделать.
Вернувшись в жизнь, и отбросив размышления, он подошел к ней сзади и, мягко обняв, уперся лбом ей в затылок.
– Привет, милая. Я соскучился… – в его голосе звучала усталость, избавиться от которой могла только она.
– О, привет. – через ее голос можно было увидеть улыбку. – И я тоже соскучилась, но так была занята готовкой, что даже… но да ладно. Как прошел день? Садись пока за стол, уже все готово. – она звучала так бодро и нежно, что простое нахождение рядом было для него сеансом релаксации, в котором вечно уставшему человеку включают звуки океана, чаек; рассказывая и заставляя его оказаться в раю.
– Что будем кушать? – вместе с улыбкой его голос приободрился.
– Я сделала тефтели из фарша, пожарила картошечки с грибами; а еще, на закуску, сделала классический салатик.
Она поднимала одну крышку сковороды за другой, и кухня через несколько мгновений вовсе стала райской обителью. Сидя за столом, их дуэт вел непринужденную беседу о повседневной жизни, делая перерывы на дегустацию вина.
– Совсем забыла рассказать. – начала она с интересом. – Вчера, пока была на смене, к нам в больницу прислали проходить практику студентов. Одним из них оказался парень, которому предоставили отдельные условия.
– Чем же он им так не угодил?
– Дело совсем не в этом. Параллельно с медицинской практикой, он проходит еще и военную, желая стать военным врачом.
– Надо же… Странно, сейчас ведь мирное время, вроде бы.
– Тоже его не совсем понимаю… однако, из-за его случая, я вспомнила, как сама проходила “испытания” на военной кафедре. Это было и тяжело, и очень занимательно.
– Я уже совсем и забыл, что ты офицер. Товарищ Лейтенант… – улыбка взошла на его лице и обратилась к ее глазам.
– Так точно, товарищ старший Лейтенант. – ответила она.
Заканчивая ужин, они убрались на кухне и начали готовиться ко сну. Комната оказалась наполнена прохладой, одновременно вызывая и чувство холода, и томимый комфорт, в котором желание отдыхать возводилось в абсолют. Переодевшись, он наблюдал за тем, как это делает она. Сменив штаны на спальные короткие шортики, а большую футболку вовсе сняв; вместе с молодым человеком улеглась на свежую постель поверх одеяла. С удовольствием смотря на свою девушку, он не смог сдержаться и сказал: – Кажется, ты замерзла. – улыбаясь, он то опускал глаза к ее обнаженной груди, то поднимал к ее глазам.
– Дурак. – она рассмеялась. – Мне просто надо привыкнуть к холоду.
Накрывшись мягким пледом, первые минуты им приходилось привыкать к холодному месту, но только включив спокойную музыку с плавно меняющимися изображениями, обняли друг друга и стали согреваться телом и духом. Их окутывал комфорт и безмятежность, словно они отстранились от мира в покой. Чувствуя ее приятный и нежный запах, его стало завлекать тело любимой девушки. Спустя всего несколько мгновений она ощутила его желание и поддалась ласкам, а затем и ему в полной мере.
Лежа в кровати и часто дыша, они отдыхали от совместного занятия “спортом”. С каждым выдохом сердцебиение каждого из них возвращалось в норму, а потому, он откинул с себя плед и в неглиже подошел к окну. Полностью открыв его, в молодого человека ринул приятный холодок и он закурил, наблюдая за тем, как ночной город светится редкими фонарями и включенным светов в окнах. Немного высунув голову, он почувствовал, как крупные снежинки аккуратно стали покрывать его взлохмаченные волосы. Не желая покидать снежную обитель, он едва расслышал: “Это было чудесно… Доброй ночи, милый.” – обернувшись, заметил, как она неслышно сопит в большую подушку. Возвратив взор обратно к засыпающему снегом городу, его голову наполнила ясность и безмятежность.
