Вздрогнув, Светлана едва не облилась своим капучино, рискуя обжечь пальцы.
— Сергей Борисович, — выдохнула она с укоризной, — нельзя же так подкрадываться…
Молодой доктор смутился и виновато развёл руками.
— Простите, не хотел вас пугать. Я и не думал подкрадываться, клянусь. Просто вы очень глубоко задумались. Я и сам пришёл за кофе, пока свободные пять минут выдались…
— У вас дежурство? — догадалась она. Тот кивнул.
— Ну да. Обычно, если честно, не до кофепитий — ночами у нас самая “жара”. А уж в праздники особенно… Но сегодня, тьфу-тьфу-тьфу, довольно спокойно. Только вашего мужа вечером на “скорой” привезли, да ещё одну пациентку… Хотя до утра долго, то ли ещё будет, — он вздохнул, а затем бросил деньги в монетоприёмник освободившегося автомата.
Светлана заколебалась — будет ли вежливым попрощаться и сразу уйти, или стоит дождаться, пока доктор получит свой напиток, и поболтать с ним немного? Пока она раздумывала, он сам задал ей вопрос для поддержания беседы:
— Как муж? Уснул?
— Да, спит. А я вот что-то никак не могу заснуть…
— А ведь я предупреждал вас, — мягко пожурил он Светлану. — Ну что вам стоило поехать домой и хорошенько отоспаться? Не для вас все эти казённые больничные стены…
— Вы полагаете, что я живу в хрустальном дворце с золотой крышей и сплю на перине из лебяжьего пуха? — развеселилась она. Он хмыкнул.
— Ну, примерно так… А если честно, то без понятия. Я впервые сталкиваюсь с настоящей, живой артисткой, — и он застенчиво улыбнулся.
Светлана фыркнула, но никак это не прокомментировала. Она поднесла свой стаканчик к губам и сделала первый глоток. Сергей Борисович тоже продолжал стоять возле автомата, и никто из них не спешил разойтись по сторонам.
— Тяжело вот так, ночами, работать? — поинтересовалась она. Он махнул рукой:
— Да привык уже. Жить можно. У меня же не каждый день дежурства. Зато в новогоднюю ночь свободен в этот раз, повезло.
Некоторое время они молчали, и Светлана уже хотела попрощаться и уйти, но доктор вдруг спросил:
— Скажите, а с ногой у вашего мужа… как получилось? Давно была ампутация?
— Афганский плен, — коротко отозвалась Светлана. Сергей Борисович изменился в лице и присвистнул.
— Однако…
— Ампутировали буквально в полевых условиях, — обронила она ещё несколько скупых фраз. — Разумеется, без всякого наркоза. Но зато он остался жив… а это главное. Сам он не очень любит вспоминать тот период своей жизни, я и не расспрашиваю… Вижу, как ему нелегко и думать, и говорить об этом.
— Ваш муж настоящий боец, — доктор ободряюще улыбнулся ей. — Уж если он прошёл войну в Афганистане и плен… что ему какая-то авария! Он у вас и машину водит без ноги… и оперирует, а это же столько часов стоять!
— Протез у него очень хороший, качественный, мы за границей заказываем, — Светлана улыбнулась. — Многие наши знакомые и друзья даже не в курсе, что с Даней произошло, и уверены, что у него обе ноги в порядке… Он только когда устаёт, чуть-чуть прихрамывает. Но это почти незаметно.
— Он очень крутой профи, — с уважением произнёс Сергей Борисович. — Я тут погуглил немного, вы извините… Про вас-то все знают, а вот имя вашего мужа не особо на слуху. Но в профессиональных кругах его называют одним из лучших хирургов не то что в Москве — вообще в стране.
— Да, это правда, — кивнула Светлана, соглашаясь. — Он и меня в своё время буквально с того света вытащил… С ним ведь всё будет в порядке? Верно? — в который уже раз спросила она, заглядывая в лицо Сергея Борисовича с надеждой, почти мольбой.
— Несомненно, — убеждённо отозвался он, и взглядом, и тоном словно заряжая Светлану своей уверенностью.
— И скажите мне вот ещё что… — вдруг вспомнила она. — Я, конечно, и в машинах, и в вождении полный профан, у меня даже прав нет, но… разве от разбившегося стекла на лице бывают такие сильные порезы? Все говорят, что лобовое стекло не может разлететься на мелкие осколки, оно просто трескается.
— Это повреждения от бокового стекла, а не от лобового, — уклончиво пояснил доктор.
— Как это? — не поняла Свелана. — Ведь было фронтальное столкновение?
— Не совсем… — Сергей Борисович замялся. — Насколько меня ввели в курс дела, там было немного иначе.
— То есть? — с нажимом произнесла она. — Что вы от меня скрываете?
— Это не я, — смущённо признался он. — Вообще-то, если честно, ваш муж просил не пугать вас…
— Господи, — она побледнела. — Что там на самом деле произошло? Говорите немедленно!
— На самом деле, ничего страшного, в том плане, что всё равно ведь в итоге обошлось, — торопливо заверил он. — Просто машина врезалась в опору не в лоб, а по касательной, въехав в арку между двух столбов. Какая-то деталь конструкции протаранила боковое стекло… реально чудо, что при этом голову вашему мужу не снесла.
— Боже мой, — Светлана в отчаянии зажмурилась. — Я так и знала, что этот упрямец что-то недоговаривает! Он ведь был на волоске от… — и она суеверно прикрыла рот ладонью.
