Юрка отказался заходить с ними, попрощался и уехал, сказал, что дома ждет мама. Девушки честно обошли все «здание» магазина. На первом этаже был продуктовый, на втором парочка обычных тряпошных и обувных магазинов. А еще в закутке притулился магазинчик, где продавали светильники. Экскурсия по «торговому центру» прошла довольно быстро. Потом подруги зашли в продуктовый. Вот здесь Полина уже «разошлась». Она еле-еле заставила себя остановиться, сознавая, что, во-первых, не хватит денег на все то, что она кидает в тележку, а во-вторых, что не хватит рук и сил, чтобы допереть это все до дома. Зойка в этом плане оказалась более продуманной и взяла то, что может поместиться в один пакет.
Они расплатились на кассе, вышли из магазина. Как они заметили ранее, он находился в окружении обычных старых пятиэтажек, чуть в стороне от проезжей части, где ходят рейсовые автобусы, к которым Полине придется идти через темный двор дома. Зойке надо было совсем в другую сторону. Они попрощались и Полина, перехватив поудобнее пакеты, направилась к остановке, которая была примерно в ста метрах впереди. Идти домой пешком было совсем не удобно, далеко и было уже темно. Середина сентября, хоть и было тепло, но вот в девять вечера на улице уже темно, коммунальные службы не торопятся освещать все дворы, считают, что достаточно света от автодороги. А еще сегодня небо было затянуто облаками, хорошо что дождя пока нет. Полина успела перейти через дорогу у магазина и увидела, как от остановки отъехал ее автобус, сплюнула от злости. Следующий ждать придется больше получаса если не целый час.
Полина вздохнула, отошла от магазина в небольшой скверик перед пятиэтажкой, поставила пакеты на скамейку, стоящую в окружении плотно насаженного кустарника черноплодной рябины, достала телефон, набрала Макса. Шли гудки, но он не отвечал. Когда она отключила вызов, пришла СМС-ка от него: «Говорить не могу, еще на объекте. На сколько задержусь, не знаю. Ложись спать без меня». Она снова вздохнула, взяла пакеты, чтобы продолжить свой путь, но вдруг ручка у одного из них порвалась и все, что она туда сложила, выпало на землю. Полина чертыхнулась. Хорошо, что ничего такого, что могло бы разбиться, в пакете не было. Здесь было так темно, что пришлось собирать на ощупь. Но потом она одумалась, включила на телефоне фонарик, сложила кое-как оставшееся в порванный пакет.
Пока она возилась, по лицу мазнул свет от фар машины, которая въехала на дорожку к дому, рядом со сквером, где находилась Полина. Что-то знакомое показалось девушке в машине, да еще сердце подсказывало, что ей не кажется. Она присмотрелась, когда та остановилась почти напротив Полины, встав к ней багажником. Каких-то 3–4 метра, их разделял только плотный кустарник, который надо еще обойти. Когда в машине открылась дверца и в салоне загорелся свет, она увидела за рулем своего Максима. А на пассажирском сиденье какую-то незнакомую девицу. Полина замерла, а потом, оставив пакеты на скамейке, осторожно подошла поближе к кустам, чтобы не ошибиться, а вдруг это не ее муж. Она очень хотела, чтобы надежда умерла последней.
Мужчина вышел из машины, обошел ее, помог своей пассажирке выйти, потом прижал к себе.
— Нонна, я умираю от нетерпения, — раздался в вечерней тишине голос Максима. Ошибки никакой не было.
— Ты мой жеребец неугомонный. Тебе было мало? — она повисла у него на шее, старательно целуя лицо мужчины.
— Да, любимая! Я еще хочу, — он приподнял ее за попу, но потом поставил на землю.
— Ненасытный! Пошли скорее домой. Я тоже очень хочу тебя.
Они повернулись и направились в подъезд, под козырьком которого светила тусклая лампочка. Полина с трудом, но пришла в себя. Достала телефон, снова быстро набрала номер Максима. Она услышала, как зазвонил его телефон. Максим остановился в паре шагов от входной двери, достал телефон из кармана куртки, но отвечать не стал.
— Максим, ты чего застрял? — раздался капризный голос его спутницы, которая уже стояла у двери, взялась за ее ручку, чтобы зайти внутрь.
В тусклом освещении Полине удалось разглядеть девицу. К ее удивлению, ей было около двадцати пяти, не меньше, высокая, худая, типичная блондинка. Такие были ну о-о-о-о-очень в моде в начале двухтысячных. И сейчас такие продолжают пользоваться спросом.
— Подожди, моя звонит.
— Оставь ее. Пошли, — капризно сказала девица и потянула его за руку.
— Минуту, отвечу, а то покоя не даст, — сказал он Нонне и стал что-то набирать на телефоне.
Понимая, что она сейчас «засветится», Полина лихорадочно отключила звук на своем телефоне и спрятала его под куртку, чтобы не выдать себя сполохом экрана. Она успела вовремя, так как Максим отправив сообщение, положил свой телефон в карман и, обняв свою девицу за талию, вошел в подъезд. Через мгновение ее телефон пиликнул входящим сообщением. Когда прошла опасность быть застуканной, она прочитала: «Полинка, извини, придется задержаться на объекте на ночь. Устал сильно, а домой далеко. Боюсь уснуть за рулем. Ложись спать, маленькая».