После пары вошла остальная часть, возможно сорок, или больше. Некоторые словно туристы изучали обстановку. Несколько даже сфотографировались возле картин. Другие выглядели смущенными, как будто история, которая привела их в эту комнату, не имела больше никакого смысла. Я заметила одну маленькую, темноволосую женщину. Вокруг ее шеи были четки, одной рукой она сильно сжимала деревянный крест. Она шла более медленно чем другие, время от времени трогая кого — то и задавая вопросы на незнакомом языке. Никто, казалось, не понимал ее, и ее голос всё более отражал панику.
Эдвард спрятал моё лицо на своей груди, но было слишком поздно. Я уже всё поняла.
Как только основной поток людей прошел, Эдвард быстро подтолкнул меня к двери. Я почувствовала, что на моём лице появляется испуганное выражение, а глаза наполняются слезами.
Декоративная золотая прихожая была бы тихой и пустой, если бы не одна великолепная, статная женщина. Она любопытно уставилась на нас, на меня в частности.
— "Добро пожаловать домой, Хайди, " приветствовал её Деметри из-за наших спин.
Хайди рассеянно улыбнулась. Она напомнила мне Розали, хотя они ничем не были похожи — только красота этой женщины была такой же исключительной, незабываемой.
Она одевалась, чтобы подчеркнуть свою красоту. Ее удивительно длинные ноги красовались в самой короткой из всех мини-юбок. Сверху на ней была закрытая и прекрасно дополняющая наряд сливовая кофточка. Ее длинные волосы красного дерева были блестящими, а глаза отличались странным оттенком фиолетового цвета, который мог бы быть следствием синих контактных линз на красных радужных оболочках.
— "Деметри, " ответила она шелковистым голосом, ее глаза мерцали то на моё лицо, то на плащ Эдварда.
— "Хороший улов," Сделал ей комплимент Деметри, и я внезапно поняла смысл её вызывающей одежды…, она не была только рыбаком, но также и приманкой.
— "Благодарю. " Она высветила ошеломляющую улыбку. "Разве ты не присоединишься? "
— "Через минуту. Оставь немного для меня. "
Хайди кивнула и прошла через дверь, бросив на меня последний любопытный взгляд.
Эдвард ускорил темп, и теперь мы почти бежали. Но едва мы достигли декоративной двери в конце прихожей, как услышали позади себя начинающийся крик.
ДЕМЕТРИ ПРОВОДИЛ НАС ДО ПРИЕМНОЙ КОМНАТЫ, где все еще была человеческая женщина Джанна на своем посту позади полированного стола. Яркая, успокаивающая музыка лилась из сокрытых динамиков.
— "Не уезжайте до темноты, " предупредил он нас.
Эдвард кивнул, и Деметри поспешно ушел.
Джанна казалась совсем не удивлена таким поворотом событий, хотя и посмотрела на заимствованный плащ Эдварда с проницательным предположением.
— "С тобой всё хорошо? " спросил Эдвард тихим голосом, чтобы человеческая женщина не смогла его услышать. Его голос был грубым — если бархат может быть груб — с беспокойством. Я всё еще была поглощена происходившей ситуацией..
— "Ты должен заставить ее сидеть прежде, чем она упадет, " сказала Элис. "Она идет в части. "
Потом я поняла, что всё моё тело стала сотрясать мелкая дрожь, мои зубы начали стучать, и комната вокруг меня, казалось, тоже колебалась и покрывалась пятнами в моих глазах. В течение одной дикой секунды, я задалась вопросом, было ли это то же самое, что Джейкоб чувствовал перед превращением в оборотня.
Я услышал звук, совсем бессмысленный, странный, нарастающий в противовес радостному музыкальному фону. Отвлеченная дрожью, я не могла сказать, откуда он прибывал.
— "Тшш, Белла, шш, " Произнес Эдвард, потянув меня к дивану у стены, подальше от любопытных глаз женщины за столом.
— "Я думаю, что у неё начинается истерика. Наверное, ты должен её ударить, " предложила Элис.
Эдвард бросил на нее ужасающий взгляд.
Тогда я всё поняла. О… Источником шума была я сама. Разрывающимся звуком были рыдания, нарастающие из моей груди. Вот что заставляло моё тело сотрясаться…
— "Всё в порядке, ты в безопасности, всё в порядке, " повторял Эдвард снова и снова. Он посадил меня на колени и обернул вокруг меня толстый шерстяной плащ, защищая меня от своей холодной кожи.
Я знала, что так реагировать было очень глупо. Кто знал, сколько времени мне осталось любоваться им? Он был спасен, и я была спасена, и он мог оставить меня, как только мы окажемся свободными. И держать мои глаза сейчас залитыми слезами, не видя его, — это было расточительным безумием.
Но, позади моих глаз, где слезы не могли смыть образ из моей памяти, я всё еще видела запаникованное лицо крошечной женщины с четками.
— "Все те люди, " рыдала я.
— "Я знаю, " шептал он.
— "Это так ужасно. "
— "Да, это так. Мне жаль, ты не должна была этого видеть. "
Я прислонилась головой к его холодной груди, вытирая глаза толстым плащом. Я сделала несколько глубоких вздохов, пробуя успокоиться.
