— Знаю. Но я буду заказывать частный самолёт. Я не собираюсь лететь с телом Стефани на рядовом борту.
— Одобряю твоё решение. Тогда я буду ждать тебя на месте. Тебе надо будет прибыть в город Владивосток. Он находится на противоположном конце карты всей нынешней России.
— Противоположной от чего?
— От столицы этой страны Москвы. Но тебе будет достаточно перелететь Тихий океан и ты на месте.
— Как я могу помнить, тебе самолёты не требуются для путешествий.
— Мне нет, а вот тебе придётся помучиться.
— В таком случае жди меня там. Думаю, через сутки-двое я буду на месте.
— Тогда до встречи, Влад. Мы с тобой сделаем все возможное, чтоб вернуть Стефани к жизни. Обещаю тебе, друг.
— До встречи. И надеюсь, что в этот раз ты окажешься прав.
Положив трубку, я стал собираться с мыслями и просчитывать план своих дальнейших действий. Я четко решил сказать Грете и Джеймсу все как есть, без какой-либо лжи в словах. Они восприняли мои слова не совсем удачно и долго возмущались из-за моего решения. Но по итогу оба моих собеседника согласились со мной и с моим планом действий. На следующий день Грета и Джеймс довезли меня и тело Стефани до частного аэродрома, с которого был назначен мой вылет. Я арендовал частный самолёт прямиком до Владивостока, в котором я никогда не был. Я даже не представлял, куда я лечу, и что меня там может ждать.
— Береги себя, Влад — проговорил Джеймс и впервые за все время нашего знакомства по-дружески обнял меня — И вернись вместе с ней к нам.
— Влад — голос Греты дрожал, а глаза были на мокром месте — Пообещай мне вернуться. Пообещай не бросить меня.
— Я никогда не обещаю того, в чем я не уверен, Грета. Ты это знаешь, как никто — я улыбнулся и посмотрел с благодарностью на своих друзей — Спасибо вам обоим за все, что вы для меня сделали. Я рад назвать вас своими друзьями и частью своей семьи.
— Влад, ты мне не сразу понравился, но со временем я увидел в тебе того близкого друга, которого у меня никогда не было — Джеймс с теплом смотрел на меня и тоже улыбнулся — Поэтому для меня и моей семьи ты всегда будешь близким другом и ее неотъемлемой частью.
— Спасибо, Джеймс — я продолжал улыбаться, чувствуя неимоверное тепло внутри себя — А ты, Грета, верь в себя и никогда не сомневайся в своих силах. Ты равна мне по силе духа, и ты всегда будешь достойна места верховного правителя темных существ не меньше, чем я.
— Не говори так — прошептала Грета, не сдерживая слез — Это все звучит, как прощание.
— Я это говорю на всякий случай. Мы не можем знать, что нас ждёт через час, через день или через месяц. Но мы должны быть морально готовы ко всему.
— Он прав — проговорил Джеймс, крепко прижимая плачущую Грету к себе — Но я верю, что ты сможешь вернуть Стефани и вернёшься сам.
Грета крепко обняла меня, что для меня происходило впервые. Кроме Стефани меня никто и никогда не обнимал. Это все было так странно для меня и вызывало бурю эмоций внутри. С тяжелым сердцем я попрощался с друзьями и проследовал к самолету, который должен был доставить меня на мою неизбежную погибель.
Глава 23
Я не часто видел сны в своей жизни, да и по обыкновению разум вампира не показывал мне подобных видений. Но летя долгое время над Тихим океаном, я не заметил, как мои глаза закрылись, и я провалился во тьму. Перед глазами встала странная картина. Я стою в холле ресторана и жду администратора. Девушка куда-то ушла со своего рабочего места, а мне крайне необходимо было узнать, на месте ли моя собеседница и где конкретно располагается наш с ней столик. В этот момент мой взгляд устремляется за окно, где неизвестная мне девушка была незаслуженно обижена каким-то недомерком и теперь падала прямиком на холодные каменные ступени. Ее хрупкое и аккуратное тело распласталось по земле, что стало для меня решающим фактором в желании помочь ей. Я не был общителен с людьми, но каждый раз наблюдая несправедливость, во мне возникало желание помочь обделённому. Этот случай не стал исключением и я кинулся на помощь пострадавшей особе. Выйдя на улицу, я увидел, как девушка держалась за ногу и испытывала при этом сильный страх и жуткую панику внутри. По моим наблюдениям физически она не пострадала, но вот ее туфли были напрочь испорчены. Я решил узнать у нее, как она себя чувствует, поэтому присев с ней рядом, взволновано спросил:
— Jste v pořádku? — я решил говорить с ней на местном языке, предполагая ее чешское происхождение.
— Простите, я вас не понимаю — неожиданно для себя я услышал чистую американскую речь, что не могло не удивить меня.
— Я интересовался, в порядке ли вы или нет — я сразу расслабился и перешёл на привычный за многие века язык.
