Хотя, наверное, не надо мрачных прогнозов. Индийские астрологи, например, пророчат Горбачеву новый взлет, предвещая поддержку с самой неожиданной стороны. Да и некоторые деятели уверены: политический и интеллектуальный потенциал Горбачева еще далеко не исчерпан.
6 апреля 1992 года, накануне своего отъезда в Японию, М. Горбачев дал интервью московской «Независимой газете», парижской «Либерасьон» и французской телекомпании ТФ-1.
Вопрос Бернара Коэна («Либерасьон»).
Все с нетерпением ждут вашей встречи с Генеральным прокурором Российской Федерации Степанковым в связи с путчем. Не могли бы вы сказать, когда состоится эта встреча, и пролить свет на эти события, которые остаются во многом загадочными.
М. Горбачев.
Что касается путча, то я уже давал показания. Я надеюсь, что соответствующий судебный процесс состоится, было бы непонятно, непростительно, если бы такой процесс не состоялся, это было нарушение, отступление от демократических преобразований, которые происходят у нас и которые свидетельствуют об утверждении законности в нашей стране и о формировании правового государства. Итак, первая встреча у меня уже состоялась и я давал показания, поскольку все-таки главное преступление состоит в том, что законный президент был незаконными методами изолирован, свергнут и власть президента была узурпирована. Поэтому я здесь главный свидетель. А на днях, когда я предъявил счет бывшему народному депутату Белозерцеву за то, что он по советскому телевидению заявил, что Горбачев не только сочувствовал, но лично готовил этот путч и участвовал в каких-то организационных сходках на этот счет, я обратился в прокуратуру, и мне пришел ответ, что все следствие, которое завершено, и обвинения предъявлены тем, кто привлечен к уголовной ответственности, все эти материалы доказывают, что президент не причастен к подготовке путча. На днях я буду встречаться со следователями прокуратуры, которые расследуют так называемое дело о финансах партии. Такая встреча состоится. Считаю, что это нормальный процессв правовом государстве и я как человек, который встал на путь создания правового общества в нашей стране, буду сотрудничать с законными судебными и следственными властями. И здесь никаких для себя, так сказать, препятствий или того, чтобы это унижало меня как гражданина и как бывшего президента, я не вижу.
8 апреля бывший Генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев был вызван в Прокуратуру Российской Федерации на допрос в качестве свидетеля по делу о расследовании хозяйственно-финансовой деятельности КПСС.
Здание прокуратуры расположено в Малом Кисельном переулке, дом номер пять. Сюда в сопровождении нескольких телохранителей к десяти часам утра и прибыл экс-генсек. Допрос проводился на четвертом этаже. Охранники Горбачева находились возле двери кабинета.
С Михаилом Сергеевичем беседовали около двух часов. Допрос вел следователь Владимир Карасев. Кстати, он уже допрашивал бывших членов Политбюро Егора Лигачева и Николая Рыжкова. Оперативно-следственную группу российской прокуратуры по этому вопросу возглавляет Сергей Аристов.
О деталях допроса удалось узнать следующее. Следователь сразу же предупредил Горбачева, что рассматривает его не в качестве обвиняемого, и к предстоящему диалогу относится как к беседе, цель которой выяснить некоторые вопросы, связанные с использованием денег партии. На конкретные вопросы о финансировании чужих компартий Горбачев дал довольно-таки подробные вопросы. Он признал, что использование денег КПСС на поддержку зарубежных компартий действительно было, но рассматривать этот вопрос необходимо во временном контексте — шла «холодная война», и практически все государства заручались поддержкой своих потенциальных союзников. Тем не менее бывший генсек показал, мягко говоря, некоторую неосведомленность в вопросе о механизме предоставления денег коллегам по идее.
Горбачев в категорической форме отверг все предположения относительно личных счетов в зарубежных банках и сказал, что следствие может от его имени обратиться в любые банки мира — пусть они сообщат о его вкладах. Ему неизвестно что-либо об участии членов Политбюро в зарубежных коммерческих структурах.
— Могу поручиться, что этого не было и нет, — заверил он.
— Участвовал ли КГБ, его 1-е Главное управление (внешняя разведка) в переправке денег для зарубежных компартий?
— Да. Это поручалось ему в решениях Политбюро.
— По разным источникам суммы денег КПСС за рубежом оцениваются от 50 до 180 миллиардов долларов...
— Это невозможно. Никогда не было таких денег, это просто нереально.
— Каким образом могли оказаться за границей неучтенные в документах о партбюджете деньги?
— Возможно, готовясь к путчу, кто-либо мог продать партии оружие, деньги за которое и осели за рубежом.
По имеющимся данным, вызов в прокуратуру Горбачев воспринял спокойно.
— Это нормально в любом правовом государстве, — сказал он.
