— Ну ты псих, брат, — уважительно сказал Дэш, отплевываясь от воды. Он немного дрожал от холода, и это было очевидно, и, кажется, Илья дрожал тоже. По крайней мере, зубы пару раз пытались клацнуть, он заметил это и попытался остановить, но почти бестолку: вокруг была холодная темная вода и темнота, и если бы Илья оказался в такой ситуации даже всего лишь пару дней назад, он бы уже был в панике. Но дело было сейчас, и рядом стучал зубами Пони, утверждающий, что он волшебный, и было не так уж страшно, просто неприятно и холодно.
— Что там, получилось понять?
— Там, брат, труба.
— В смысле что дело труба? Это и так понятно.
— В смысле, что труба там. И решеткой перегорожена. Если получится выломать, скорее всего, пройдем дальше.
— И как ты собираешься выламывать? В этом мире ты не совсем прямо Геракл. Кстати, о мирах. Почему бы нам просто не мигнуть на Порог, или что-то такое?
— А ты видел, что там было на Пороге за тем стражем, э?
— Вода.
— Это тут вода. А там, считай граница и была. Через нее маханули — свалились сюда.
— Мне кажется, или каких-то нюансов я не понимаю?
— Вроде как и да. В общем, брат, Порог, он нависает. И иногда его нет, потому что тут нет Порога, понимаешь?
— Порога нет, потому что его нет? — повторил Илья.
— Да, вроде того, что там разлом, и где разлом, там не перейти.
— А где решетка, там разлома уже нет?
— Вот, ты уже и все понял, — одобрил Пони.
— Может, попробуем в обратную сторону? Там же тоже где-то должен кончится этот твой разлом.
— Не мой, а Порога разлом, — наставительно сказал Дэш, стуча зубами. — Вроде как, кончится, но что там будет, ты понимаешь?
Илья скривился, вспомнив русло из мертвых тел, и, хотя его приятель не мог этого видеть, но явно все понял.
— Вооот, брат, — заключил он. — Поэтому только вперед, только…в трубу.
- “Не вылететь бы в трубу”, - процитировал Илья мрачно.
— Не просочиться бы в канализацию, а так ничего, э, — оптимистично отозвался Пони. — Если какую песенку вспомнишь про спадание оков и отрывание решеток, ты того, попробуй, э?
Про спадание оков в голову лез только Пушкин из школьной программы, а про решётки и вовсе ничего, поэтому Илья только вздохнул.
— Давай ты уже просто выломаешь эту решетку без допингов и излишеств?
Ради разнообразия Дэш пререкаться не стал: набрал в грудь воздуха и ушел под воду почти без плеска, и Илью снова обдало подводным потоком воды и его толчка. Что-то бумкнуло там, в темноте, и Илья до рези вглядывался в окружающий мрак, пытаясь уловить хотя бы точку света, но видно ничего не было. Зато был звук, глухой, смазанный толщей воды, словно кто-то размеренно бился о преграду.
— Надеюсь, ты не головой, — автоматически пошутил Илья. — Это было бы слишком даже для тебя.
Он все еще пытался вспомнить хоть что-то про пробивание стен или снятие оков, но был, наверное, слишком холодно и неприятно, и Пони же сам сказал, что на Порог все равно не пустит?.. Впрочем, кусочек речитатива все-таки нашелся, и Илья попытался попасть словами между клацаний зубов. Этот текст был не из его собственного “парка” мелодий и песен, а вовсе даже родом из детства, когда Илья еще состоял при бабушке, а Св просыпалась к экзаменам под эту бодрую песню. Впрочем, она и сейчас периодически под нее просыпалась, так что архив был не совсем пассивный.
Было донельзя странно пытаться что-то петь или начитывать, стоя по шею в темной, холодной воде в запертом тоннеле, но Илья честно старался, и даже голос и мелодию не упустил.
— Вот стены мы сломать должны и выпустить нас, и на своем стоять должны мы сейчас. И если это нужно нам, дорога не ждет, здесь нам не место, и пойдем мы вперед.
Последний отзвук и полуэхо быстро погасли, потом внизу что-то яростно скрежетнуло и окончательно стихло.
Илья напряженно вслушался, но в тихом плеске вялого течения было не различить ничего особенного, поэтому когда Пони схватился за него под водой прежде, чем вынырнуть, это было очень неожиданно, но на этот раз, хотя бы, Илья чаечкой орать не стал.
— Добро пожаловать туда, э, — сказал Пони, поотплевывавшись. — Ты доплывешь там, или тебе надо помогать? Только честно давай, брат.
— Я ничего не вижу. Так что вряд ли найду, куда двигаться, — практически без запинки признал Илья.
— Тогда не обижайся, вроде как, когда я тебя за шкирман потащу.
— Да не вопрос. Главное, чтобы вытащил, а не просто тащил. Там что за решеткой?
— Вода, — ответил Дэш, помолчав. — Если что, вернемся. Тут воздух никуда не денется, да.
— Надеюсь.
— Заткнись уже, брат, и вдыхай.
Илья послушался. И, стоило ему шумно вдохнуть, как Пони рванул его вниз, под воду, перехватывая его то за шиворот, то за руку, то за шею с волосами вместе. Илья барахтался, как мог, но демисезонная одежда, качественно согревающая своей многослойностью в сухости, оказалась жутко неудобной для плавания, да и тренировки у него не было, наверное, две вечности, поэтому он больше, кажется, мешал Дэшу себя тащить в нужном направлении, чем помогал.