— Откуда мне знать, — со своей неизменной загадочной полуулыбкой потянул тот, дипломатично давая мне время на размышления. А я, наконец, понял. С одной стороны, без дела остаётся Живица сприггана (E), довольно перспективная, но грозящая биологическим заражением крови. С другой же, Выведение токсинов (E), которое, если так подумать, распространяется не только на кишечно-желудочный тракт и действительно может сработать. Чёрт, попадание в нерв проблемы может и не стопроцентное, и нездоровое сношение совы и глобуса как будто имеет место быть. Но что-то в этом действительно есть. Откуда только узнал? Судьба? Ещё бы китайский гороскоп вспомнил, нострадамус узкоглазый.
— Если мне вдруг потребуется средство от расстройства желудка, ты об этом узнаешь, — покачал головой я.
— Знал, что ты откажешься. Теперь уже не важно. Даже то, что я сказал, а ты услышал, уже будет достаточно. Возьми вот её, — изящным жестом холёных пальцев Сунь протянул мне Универсальную оружейную карту (F).
— Значит, решил откупиться?
— Синица в руке лучше, чем журавль в небе. Ты потерял меч, другой такой теперь не найти.
— Купить в Терминале? Возвращаю тебе твои же слова. Доступ к нему — лишь вопрос времени. А сумма в 10 ОЗ давно не способна заставить моё сердце биться чаще.
— Терминал не даст тебе выбора, разве не знал? Ты получишь меч, несомненно, но дьявол, как известно, в деталях. Тем более твой запасной, как я видел, тоже слегка истрепался…
— Допустим, — медленно кивнул я. — Но откуда она у тебя? Помнится, на старте мне дали обычную.
— Универсальные достаются тем, кто первым навыком выбирает рукопашный бой, магический дар или любую другую мистическую систему. Иными словами, отказывается от специализации на холодном оружии. Это трудный путь, и так получилось, что один мой знакомый переоценил свои силы. Наследство его глупости пусть послужит на благо живым. Но поспеши. Когда закончится дождь, мы должны быть готовы выступить без промедления…
— 48 часов, 11:30
Ливень закончился также резко, как начинался. Излив на ошеломлённую таким напором твердь земную все запасы влаги небесной, каменные своды Лакконы вновь, как ни в чём не бывало, засияли тусклой лазурью магического освещения. Все невеликие приготовления к походу к тому моменту уже были сделаны, игроки восседали на чемоданах в ожидании отмашки. Чёртовы катакомбы, к тому же изрядно подтопленные, сидели в печёнках не у меня одного. Поэтому, как только разведчики принесли весть, что худо-бедно передвижение возможно, медлить, ожидая, пока просохнет почва, не стали. Споро собравшись, игроки повылезали из неуютных тоннелей и двинулись в путь.
Впрочем, библейского чуда групповой левитации не произошло. А размякшая почва, вездесущая грязь и вода никак не способствовали проходу полутысячной армии. В особенности, когда б
Поэтому, не мудрствуя лукаво, от изобретения велосипеда решено было отказаться в угоду структуре, уже успевшей доказать свою работоспособность — разделению на малые группы. Итого вышло двадцать восемь малых отрядов, от десяти до тридцати человек в каждом. Ядром каждой такой ячейки выступят ветераны, имеющие за душой некоторый авторитет и парочку уровней. В остальном людей и зоны ответственности делили впопыхах и, можно сказать, на коленке. С оглядкой на фракционную принадлежность, но не в угоду ей. Никаких смотров и собеседований. Предполагалось, что первые столкновения и первая кровь сами собой отделят агнцев от козлищ, а из выживших можно будет собрать куда более сбалансированные составы.
Так мы думали. Но время шло, ноги игроков месили грязь, медленно, но верно наматывая километры, а противника как не было, так и нет. Только десятки тел, обезображенных и притопленных в перегоревший компост, образовавшийся на месте гибели грибного леса. Если мертвеца можно было извлечь из грязи и вскрыть, не задерживая продвижение колонны, трофейщики, а проще говоря, мародёры, делали это. Остальных бросали, как есть. Единственным «столкновением», о котором мне довелось слышать за это время, стала встреча отряда дальней разведки со слепым обгоревшим кобольдом, чудом уцелевшим в огне. Полуживого слепца попытались разговорить, разумеется, безрезультатно, а затем просто добили.
В остальном же последствия разгула стихии играли нам только на руку. Кобольды понесли чудовищные потери, а любые устроенные ими ловушки после такого светопреставления с гарантией поприходили в негодность. Но порушив одни, стихия тут же создала другие. Промоины и топи могли испортить здоровье ничем не хуже каких-нибудь волчьих ям. Поэтому двигались, как навозные черепахи, осторожно прощупывая мечами да копьями каждый метр пути.
