Каэль, с удивлением осознавший, что жив и даже не ранен, принялся считать потери. Их оказалось на удивление мало, по той простой причине, что эльф в горячке боя находился на самом острие вражеской атаки. Всего двадцать человек погибли сразу или умерли от ран, не дождавшись помощи целителей. Эльфы остались живы все, хотя перенапрягшаяся Кайлана и утратила на пару недель способности к плетению чар. Даже Асазор, неудачно испытавший на себе новое творение Михаэля, отделался всего лишь переломом плеча, ожогом лица и ушибом копчика. В целом, по мнению бывшего жителя Древнего леса, размен оказался достаточно удачный. Один к пятнадцати. Или больше. Лучшего желать можно, но сложно.
– Не знаю как, но вы справились, – повторил его мысли вслух шаман. – Каэль, тут говорят, ты особо отличился. Проси чего хочешь. В разумных пределах, конечно.
– Портал в Черное Озеро настроить можно для начала? – решил проверить степень доброты шамана эльф, по уши забрызганный кровью, свежей и не очень. Последняя его особенно сильно беспокоила, ибо содержимое жил мертвецов могло оказаться не только давно и основательно протухшим, но и ядовитым. – Мне бы помыться и отоспаться, чтобы потраченные магические силы быстрее восстановились, а в окрестностях озера купаться не хочу. Вдруг кто из более-менее разумной нежити на дне затаился.
– Сам его перенастроить не хочешь, что ли? – удивился Михаэль. – Там же все элементарно! И даже энергии много не требуется, раз на ногах стоишь и не качаешься, хватит.
– А разве можно? – оторопел Каэль, по старой привычке опасающийся подходить к дорогим и сложным артефактам без разрешения владельца.
– А почему нет? – вопросом на вопрос ответил шаман. – Кто-то из девочек Кайланы каждый день домой вроде мотался хахаля своего кормить, если верить жалобам Шиноби на неоправданный расход энергии.
Воин-маг мысленно обозвал себя идиотом.
К себе домой он после боя несся как на крыльях. Хотелось вымыться, надеть чистую одежду, свою-то он стирал по мере необходимости в ручье, но особых успехов на этом поприще не добился, да и Сариэль хотелось, гм, повидать. Воспоминания о мастерстве бывшей гаремной рабыни будоражили кровь, и без того разгоряченную недавней битвой.
– Я вернулся, – возвестил он, вваливаясь в помещение, которое привык считать своим. Вопреки обыкновению эльфийка не бросилась его встречать, не начала расспрашивать о том, чем занимался ее мужчина, командующий собственным отрядом, и даже не поспешила высказать просьбу о выделении некоторой суммы для пополнения съестных припасов. Если бы Каэль не заметил ее в небольшом креслице из бамбука, с печально опущенной вниз головой, он мог бы даже подумать, что Сариэль ушла куда-то. – Что случилось? – спросил он.
– Мотакей умерла, – не поднимая глаз, ответила его сожительница.
– Кто? – удивился воин-маг, не знавший ни одной перворожденной с таким именем. Да и людские женщины были известны ему наперечет. Хотя бы по той причине, что все население Сумеречного леса можно было запомнить в лицо без особых усилий.
– Канамот. – Сариэль наклонила корзину, в которую был устремлен ее взгляд, и стало видно, что там на дне лежит выгнувшаяся дугой, будто пытающаяся достать задними лапами до затылка, магически измененная кошка. – Она уже три дня ничего не ела и не желала сходить с рук. А сегодня с утра начала гадить кровью, и вот…
Голос эльфийки дрогнул и оборвался.
– А, понятно. – Каэль успокоился. Смерть животного была им ожидаема, а единичный случай контакта с умирающим неразумным эмпатом не мог причинить девушке особых проблем. – Ладно, выкинь ее в чан с отходами, чтобы не завоняла. И нагрей воды, мне надо вымыться и тебе то…
Эльф осекся и сам не понял, как оказался у порога в боевой стойке с обнаженным клинком. На мгновение ему почудилось, что по воле злых богов он вернулся в бой и теперь находится на расстоянии вытянутой руки от скалящего зубы в гримасе умертвия.
– Ты! – прошипела Сариэль, чьи миловидные черты исказил гнев, превратив ее лицо в чудовищную гримасу. – Да как смеешь ты! – Девушка не могла говорить, захлебываясь от избытка злобы, буквально душившей ее.
Бывший пограничник Древнего леса просканировал нежданно-негаданно появившуюся угрозу, вспомнил, что он вообще-то далеко не последний воин и маг, и рассеял заклятие молнии, уже практически готовое сорваться с пальцев левой руки. Возможно, Сариэль была несколько неадекватна, но она оставалась слабой, почти не владела искусством волшебства и неспособна была причинить ему вред.
– В чем дело? – потребовал объяснений Каэль. – Я, демоны тебя дери, только что из боя, усталый, покрытый с ног до головы Бездна знает чем, но заслуживший от лорда Михаэля награду, вернулся домой, а ты встречаешь меня так, будто являешься законной женой, а не взятой из сострадания содержанкой, обязанной принимать в доме любовниц своего сожителя, вышедшего из низшего сословия, вместе с родней!
– Да чтоб ты провалился со своими деньгами, упырь! – от души пожелала ему эльфийка. – Швырнуть Мотакей к отбросам! Единственное оставшееся дорогое мне существо! Видеть тебя не желаю!
