– Тоже мне великое бедствие, – буркнул Шиноби. – Не сахарные, не растают. А может, нам под ливень и вовсе не придется попасть. К примеру, во время пути по нашей пустыне осадки вообще маловероятны. С чего ты про погоду-то вспомнил?
– Ну как же? – даже удивился Сергей. – Прислушайся. Дождь по броне стучит. Правда, редкий какой-то.
Эльфы замерли. Их чуткие уши напряглись и в ворохе звуков, сопровождавших работу механизмов «Единорога» и жизнедеятельность его экипажа и пассажиров, действительно различили нечто ударяющее время от времени по корпусу сухопутного корабля с противным режущим скрежетом.
– Хочешь сказать, что там ливень, способный высекать искры из армированной сталью древесной брони? – задумчиво уточнил шаман, после чего они со спутником переглянулись и в один голос завопили: – Нас обстреливают!
И тотчас же в узких коридорах «Единорога» гнусаво завопила сирена, а перед Шиноби воздух сгустился в полупрозрачное подобие львиной морды, вот только в иллюзорных глазах ее светился разум. Древний. Нечеловеческий. Могущественный. Купленный сумеречными эльфами со всеми нематериальными потрохами.
– Нас обстреливают, – обескураженно сообщил шаману главный дух техномагического левиафана. – Провожу экстренную остановку.
Резкий рывок заставил тех, кто не успел за что-то схватиться, попадать на пол. Откуда-то донесся злобный женский выкрик: «Второе платье за утро! Урою гадов!», и вновь зависший в воздухе без материальной опоры Шиноби опасливо покосился в сторону кают-компании.
– Ну ты и тормоз, Лева, – выпалил поднимающийся на ноги Серый раньше, чем успел подумать и осознать, что злить подобное существо, тем более находясь практически в самом сердце его силы, по крайней мере, неблагоразумно. – И кстати, почему ты ему отчитываешься? Я здесь капитан!
– Кто? Каковы повреждения? Силы напавших? – спешно уточнял Семен, окутываясь тенями. – Выходы, еще не блокированные противником, есть? И самое главное, почему ты молчал?!
– Два десятка всадников с луками, – доложил житель иных планов. – Думал, путешественники. Или бандиты. Оказалось – самоубийцы. Для исправления нанесенного ими ущерба потребуется пара капель краски. Десантная группа готова к выходу, но наше сопровождение уже вяжет нападающих, и я не знаю, целесообразно ли выпускать солдат наружу. Этот акт агрессии настолько нелеп, что я вынужден заподозрить ловушку.
– Пожалуй, соглашусь, – решил Шиноби. – Активируй боевые турели, если это еще не сделано. Переходные шлюзы пока не открывать. Свору своих мелких подручных к прорыву в реальность подготовил?
– Обижаете, – показал в улыбке длинные желтые клыки дух, выбравший себе обличье опаснейшей из кошек. – Мои котята порвут любого. Если он, конечно, не жрец, пользующийся поддержкой своего божества, мастер меча или магистр магии.
– Эй ты, любитель сметаны и сырого мяса, – снова напомнил о себе Сергей, – я здесь капитан! Почему ты слушаешься Семена?
– Ты жалкий, бесталанный недоучка, – решило до поры до времени стерпеть оскорбление существо с иного плана, общавшееся со смертными достаточно, чтобы научиться их понимать. Или думать, что оно это умеет. – А он ученик великого Миха, уже сейчас способный дать фору тем, кто полагает, будто обладает истинным могуществом.
– Ну ничего, паразит астральный, дай только время, и я научу вас, что такое настоящая дисциплина, – посулил Серый духу, охотно откликавшемуся на имя Лев или даже кличку Лева.
– Дерзай! – Так расплыться в улыбке мог лишь тот, в чьих губах не имелось и грамма плоти, не то они бы просто треснули. – Посмотрю на это с интересом. Мало ли, вдруг действительно сможешь выдрессировать кого-то из младших. А то, знаешь ли, на попытках заставить старших следовать вашим нелепым правилам и глупым обычаям сложила головы не одна сотня архимагов. Кстати, тут поступило входящее сообщение от Каэля. Воспроизвести?
– Давай, – кивнул Семен, и в воздухе тотчас же возникла вторая иллюзия, показывавшая командира отряда, собранного преимущественно из кочевников. Лишенный возможности путешествовать с основной массой эльфов в «Единороге», он выглядел немного пропыленным, но в целом производил хорошее впечатление, подтверждая характеристику серьезно относящегося к своим обязанностям перворожденного. Брутальности бывшему жителю Древнего леса добавляли оставленные лапой какого-то зверя шрамы, проходящие наискосок через лицо и чудом не задевшие глаза. Выглядели они весьма старыми, но, поскольку накануне их еще не было, вероятно, таковыми не являлись. А учитывая наличие среди жителей Сумеречного леса магов-целителей, оставалось только гадать, кто нанес раны, которые чародеи оказались не в силах единомоментно свести без следа.
