Может быть, я умер и сейчас нахожусь в загробном мире? Но, что это не Рай, видно сразу, да и разве достоин я его? Но чистилище или Ад? Только не Ад! Ладно, допустим, что это чистилище. Здесь я должен искупить свои грехи… а потом меня будут судить. Судить, ибо любой смертный рано или поздно оказывается судим Богом.
Да, это чистилище. Как еще объяснить единый язык, который известен всем, попавшим сюда? Я попытался произнести несколько фраз на своем родном языке, и это удалось мне без труда. Но и местный я воспринял как свой, даже не сразу заметил, что мы разговариваем совсем на ином… только ночью… сейчас.
Или я все еще жив? Если так, то как я оказался в этой совершенно незнакомой мне местности? Почему я понимаю их речь? И почему здесь столько жестокости? Всего за пол дня я видел около сотни экземпляров холодного оружия. А ведь это лишь малая его часть. Что же будет, если представить себе общее его количество, пущенное в ход…
Как смогу я выжить в таком мире? Ведь я поклонник теории Рая, мира без насилия. И, как любому из истинно Верующих, насилие мне полностью чуждо. Неужели наша колония оказалась единственной? Я отказываюсь в это верить. Я уверен, что здесь тоже есть места, называемые Заповедниками Рая, их надо только найти. И я должен найти их…
На следующее утро, после завтрака Гронкарт опять повел нас к наместнику. Я бы на его месте не стал навязываться, но им виднее, ведь похоже, что остальные лучше адаптированы к этому миру, нежели я.
– К Наместнику? - поинтересовались стражники. - Проходите.
Зала, в которую мы попали, оказалась красиво обставлена, исполнена в белых и кремовых тонах. Посредине стоял большой накрытый к завтраку стол, во главе которого сидел средних лет мужчина, с прямыми недлинными каштановыми волосами, уложенными в простую прическу, загорелым лицом и мягкими карими глазами. Одет он был в белую рубашку и бежевые штаны.
– Здравствуйте, - поприветствовал он нас. - Я - Александр, Наместник Мирограда, - он бросил на нашу компанию заинтересованный взгляд. - Присаживайтесь, угощайтесь.
– Спасибо, - заявила Маня, плюхаясь на стул и придвигая к себе блюдо с мясом. - Понимаешь, я мясо люблю, а Гронкарт на него раскошеливаться не желает, - добавила она с набитым ртом в ответ на удивленный взгляд Наместника. - А жрать-то хочется!
В это время Рыжий украдкой распихивал по своим карманам пирожки. Оля налила себе соку, а Донгель с наслаждением откинулся на спинку стула, смакуя красное вино, чем заслужил презрительную Олину реплику:
– Алкоголик!
Вася забилась куда-то в угол, а я присел на стул примерно в середине стола, чтобы не показаться слишком навязчивым, но, одновременно и не выглядеть брезгливым. Зато Гронкарт явно не собирался садиться.
– Благодарю, я сыт, - мрачно сказал он, хмуро посмотрев на остальных.
– Да ты присаживайся, что стоишь, - повторил предложение Александр.
– Спасибо, я постою, - еще более хмуро ответил Гронкарт.
– Кстати, извините, но мы, похоже, не знакомы, - намекнул Наместник.
– Да! - воскликнул Рыжий. - Мы - Великие Герои, те самые, которых вы уже давно заждались! Мы - Спасители Мира! Ну и так далее и тому подобное… - пробормотал он себе под нос, сбившись под суровым взглядом воина.
– Меня зовут Гронкарт…
– Так какие геройства мы должны совершить? Ну, подвиги то бишь! Объяснить то нам ведь должны! Хоть что-то…
– А эта колония давно здесь? - спросила Маня.
– Какая, извините, колония? - искренне удивился Александр.
– Ну, знаете, мы тут недавно прилетели, ничего не знаем. И еще, Вы не знаете, остальные шлюпки где приземлились?
– А, теперь, мне кажется, я кое-что понял. Вы - новые герои, так?
– Ну, наконец-то доперло! - обрадовался Рыжий.
