Офицеры ждали её в кают-компании. Ужин уже начался, но её место было уже свободно. Чуть позже прибыли капитаны с других кораблей. Ужин и беседа. Все её знали, многие лично. Дочь Старика Дика. А Майкл Гардон, капитан эскортного судна, знал лучше всех. Когда-то они хотели пожениться, но потом она предпочла Эриха Роджера, уже боевого офицера, а не курсанта. Хотя отец хотел, чтобы она стала Гардон, а не Роджер.
— Олимпия. Видели репортаж. Поздравляем. А когда рука?
— Позже. Что-то у них ещё не готово. Говорят, что 3–4 дня.
— А на работе? Отпустили?
— И да, и нет. Отправили с заданием.
— Каким?
— Договор по контабанде заключить. Сбить цену.
— И как, удачно?
— Очень. Продлила на год на прежних условиях.
За столом наступила тишина. Прекратили даже есть.
— Олимпия. А нам не поможете? Ваш отец под следствием. Если мы привезём контрабанду, то резко изменим настроение трибунала.
— И себе хотели взять? Хорошо. Сейчас.
Она взяла телефон, поговорила на испанском.
— Сегодня ночью. Оплата сразу.
— Спасибо, Олимпия.
Капитан связался с базой в Рабауле. Требовались список заказов и деньги. Она погостила ещё немного, и пошла на лайнер. В общем зале остановилась возле клетки с ящерицами. Они отдыхали, а пол, устланный соломой, был завален овощами и фруктами. Потом пошла в свою каюту. Приняла душ, ужаснулась, взглянув на счётчик калорий, пошла спать. Завтра улетать домой. Надо ещё к сыну зайти.
Было уже поздно, но в министерстве обороны Австралийского Союза шло заседание. Обсуждали, что делать с адмиралом Дирком. Он не нарушал приказов, но не имел права отправлять пострадавших в нейтральный порт. Значит, есть что скрывать. Но после сегодняшних репортажей общественное мнение было на стороне адмирала.
— И что с ним делать?
— Осудить нельзя, плохой политический ход.
— Но этого требуют влиятельные люди.
— А сейчас они молчат.
— Зато по этому курорту шумят. Там много интересов похоронено. Кстати, что там случилось?
— Нет ни какой информации. Был мощный взрыв, 10–11 тонн тротила. Потом, примерно до 23–00, всё, что осталось, просто горело. После 23–00 началось твориться что-то невообразимое.
— Да. Кадры смотрели. Есть какие-то предположения, что это?
— Возможно, в подвале одного из зданий хранилось какое-то химическое вещество.
— И ещё это радиоконтрастное тело около 23–00.
— На радарах флота только небольшие помехи.
— А на спутниках?
— Запретная зона.
— Чёрт. Надо идти к Президенту.
— Что делать с Дирком?
— Для нас лучше, если он сам уйдёт в отставку.
— А если отправить?
— С ним уйдут 90–95 % офицеров флота.
— То есть, флот не боеспособен?
— Мы даже не сможем его нормально законсервировать. И так служба не очень популярна. А Дирку удалось обучить свою эскадру. Видели отчёт о последних учениях?
— Да. 98 % попаданий. Общий балл — 92 %. Так хорошо не работали со времён обновления Австралийского Союза.
— Эдвард. Вам надо поговорить с Дирком. Вылетайте срочно. Узнайте его дальнейшие планы.
— Понял. По ним уже примем решение.
Утром её допустили к сыну. Его лицо было перевязано, но под повязкой шёл процесс восстановления. При ней он позавтракал. Яичница из пяти яиц, кефир, булочка. Медсестра сказала, что у него белковая диета для более быстрого восстановления. Она поблагодарила её. Сыну нельзя вставать ещё хотя-бы сутки. Потом будет ещё операция на руке. Но ей надо лететь. Попрощалась с сыном. Обещала взять отпуск и прилететь к нему с его братом. Но сама не верила в это.
На борту «Боинга» было всего 22 человека. Всех разместили в первом классе. Кроме отдыхающих и бизнесменов были и отставные полицейские. Все остальные места были сложены и заполнены контрабандой. Самолёт тяжело оторвался от земли и полетел, набирая высоту. Сзади остался её сын, корабли флота её отца, принимавшие топливо, дон Педро-младший. Последнему ещё вести переговоры с эмиссарами транспортных компаний, и цену он не даст сбить, для этого и прилетел в Гонолулу.
Он ушёл в отставку. Сам. Оставил за себя капитана «Мидуэя». Тот был более или менее популярен в эскадре. Решил посвятить себя семье. Со старшим внуком не виделись 3 года. Но сначала, пока внук на реабилитации, месть. Для этого всё готово. Сценарий, материал, текст. Джон Донг начинает. Он — «тяжёлая артиллерия». Место — одно из шоу, посвящённых жертвам аварии на курорте. Он знает всех гостей этого «курорта», и от чего они «лечились». Но нужно было ждать. И время настало.
