Джон Донг подъехал к своему дому. Скоро должны вернуться жена и дети. Он снова офицер полиции. Полностью реабилитирован, восстановлен, принялся наводить свой порядок. И преступность уменьшилась. Он знал, что это делается «под него». Все разборки в других кварталах были с целью показать, что вернулся Старик Ли, и настроить полицию на то, что «старый» офицер лучше новых. Ли достиг своей цели. Более того, прибрал к своим рукам «Лотос» из Сиднея, а говорят, что имеет влияние на ещё несколько кланов. Ему-то что с этого? В Чайнатауне Мельбурна тишина и порядок. Самый громкий случай — драка в школе. Китаец и латиноамериканец. Из за девушки. Победитель ухаживает, проигравший ищет дальше. Пригласили родителей всех трёх участников, полицейских из латиноамериканского квартала. Разрулили без крови. Девушка влюблена в другого, рокера. Значит, будут того бить вместе. Но это не его забота.
Почему он приехал к дому в обед? Ни чего не забыл. Почувствовал. Около дома соседа стоял фургон детских правозащитников, в доме шум. Значит, изымают детей. Поставил свою машину так, чтобы фургон не смог выехать. Вышел, пошёл к дому. На входе хозяин отчаянно защищал своих двух детей. А правозащитники пытались их вывести. Он подошел.
— В чём причина шума? Почему нарушаете общественный порядок.
Подлетел правозащитник, видно из новеньких.
— Офицер. Мы изымаем детей у этого человека, так как им угрожает опасность. А он мешает осуществлять нашу деятельность.
— Какая опасность угрожает детям?
Донг был идеально, абсолютно спокоен. Ему надо было тянуть время.
— Поступила информация, что они подвергаются насилию и нечеловеческим пыткам. Их лишают нормального отдыха, подвергают повышенным физическим нагрузкам.
— Этот документ при вас?
— Да. В машине.
— Покажите мне его.
Правозащитник побежал к машине, а сзади подъехал мусорщик, и Чон, мальчишка — мусорщик подбежал к нему.
— Добрый день, мистер Донг.
— Добрый день, Чон.
— Вы что-то не нагружаете нас работой.
— Пока я холостяк. Жена приедет — уберётся.
— Тогда мы будем перегружены.
— А пока у соседа забери. И за домом тоже.
Чон убежал за дом. Шум в доме затих. Все смотрели на полицейского. Он спокойно взял анонимный донос, стал его читать. Складно было написано. Из-за дома вынырнул Чон с большим чёрным пакетом, который забросил в машину. Она поехала дальше. Он вернул донос правозащитнику.
— Хорошо. Вы оформили изъятие?
— Нет. — удивился тот.
— А почему?
— Детям угрожает опасность. Дорога каждая минута.
— В присутствии полицейского детей ни кто не тронет. Оформляйте.
— Это всегда мы делаем в офисе.
— Тогда я задерживаю вас за похищение граждан Австралийского Союза.
— Но.
— Выбирайте.
Правозащитник подумал немного. Выбор был невелик.
— Хорошо. Мы оформим. А если он не отдаст?
— Тогда я арестую его за сопротивление.
Правозащитник начал оформлять документы. Получилось с третьего раза. Джон два раза браковал документ из-за ошибок, делавших его ничтожным. Один экземпляр отдал отцу, второй забрал себе. Спокойно погрузили плачущих детей, и офицер отогнал свою машину. Но ближайший выезд из квартала был заблокирован грузовиком — дальнобойщиком с полуприцепом и мусоровозом. Их водители отчаянно ругались. Джон поехал к ним.
— В чём дело?
— Этот криворукий чуть своей фурой мне машину не помял.
— В чём дело, Стэн?
— Тормоза отказали, а фура гружёная.
— Сколько надо на ремонт?
— Час, или два.
— Ремонтируй. Чон, вы спешите?
— Нет, мистер Донг.
— Вот и хорошо.
Правозащитники поняли, что этой дорогой им не уехать, поехали вглубь квартала. Джон подъехал к дому родителей изъятых детей.
— Джон. Что это?
— Они далеко не уедут. Давайте чаю пока попьём, подождём.
Они ехали по улице. Тут пробка, там авария.
— Поехали через латиноамериканский квартал.
— Ты что. Там же «Дикая Кошка».
— Мы быстро. Я переулок знаю. За ним — ничейный пустырь.
— Куда?
— Налево.
В латиноамериканском квартале то полицейские перегородили улицу, то какой-то праздник, то авария.
— Вон туда. Только медленнее, там мусорные баки. Машина свернула в переулок и стала вилять между мусорных баков. Впереди был перекрёсток, а за ним дом.
— Тупик.
— У дома налево и прямо. И мы оторвались.
Сол спокойно нажал на курок. Винтовка сильно толкнула в плечо. Звук погашен глушителем. Дистанция такая, что промахнуться мог только мертвецки пьяный. Автомобиль бронированный, но есть «ахиллесова пята» — радиатор. Крупнокалиберная бронебойная пуля пробил его, двигатель, коробку передач. Из под капота задымило. Всё. Работаем холодным оружием, и тихо.
Машина остановилась на перекрёстке.
— Что делать?
— Через дом. Он не жилой. И там есть проход.
— Бегом.
Дверь открылась, замелькал свет фонариков. Когда все были внутри, два сильных удара вырвали изъятых и откинули тех из правозащитников, кто их вёл. Дальше заработали ножи в руках профессионалов. Дети оказались на руках двух молодых и сильных латиноамериканцев в одном из помещений, где было светло от окон. Они ещё не поняли, что произошло.
— Ну что, детишки. К родителям?!
— А эти дяди?
— Они вас больше не тронут.
Сол собрал телефоны.
