— К жене. Она мне каждый вечер опускает кувшинчик пива и хлеба на завтрак.
— А где живёт твоя жена?
— Живёт со мной. Работает во Дворце.
Дальше его отпускали, и он шёл дальше, а стражники, звеня колокольчиками на своих странных копьях, шли от него. Знал бы Убийца, что они передавали весть о его пути. Но вот и дворец. Он перебежал на другую сторону улицы, шепнул Убийце, показав на слуховое окно, что одна доска там гнилая. И вскоре с удовольствием наблюдал, как человеческая фигура нырнула в него, аккуратно поставив доску на место. В кармане он поглаживал две серебряные монетки.
Что дальше? Тяжёлые шаги он услышал слишком поздно. Тяжёлая рука легла ему на плечо.
— Проводил внутрь?
— Да, господин. Он зашёл.
— Звона нет, значит капкан обошёл. Твой вторым за эту ночь будет.
Потом они пошли внутрь, в крыло охраны. Лестница вниз. Справа к Начальнику Охраны, толстому интригану. Он часто у него в кабинете рассказывал, что видел и слышал, а секретарь записывал. Дальше вниз и налево — тюрьма, привычное для него место ночёвки, когда поздно уходил от Начальника Охраны. Они прошли дальше, чуть вверх и вправо, в комнату Стражи.
Они сели за стол. Им подали по миске похлёбки со славным куском мяса и хлебом. И он начал рассказывать этому воину Вольных Земель всё, что знал. Рядом сидел ещё один и записывал. Похлёбка закончилась, и он рассказывал под хорошее пиво. Потом тот ушёл с листками, а его положили на лавке. Но на лавке спать было прохладно, и он перелез на дрова, что лежали у ещё тёплого очага. Под себя постелил свой плащ. Не заметил, как его укрыли. Сейчас просто дремал, пользуясь возможностью полежать в тепле за чужой счёт. Но его подняли. Тот, кто привёл его сюда, выслушал, приказал положить здесь. Он повёл его в тюрьму. Он послушно семенил сзади. В «гостевом» зале на полу лежали четыре Убийцы, ещё два стояли на коленях, связанные. Но среди них «его» не было.
— Господин Начальник Безопасности, — сказал один из Стражников. — может быть в ванной, что Помощники принесли. У него сосуд с ядом разбился. Сначала водой облили, потом мокрой тканью. А здесь — в воду.
Они подошли к углублению в полу под вытяжкой. Это был он.
— Трупы на площадь и сжечь принародно.
— Да господин Начальник Безопасности.
Они пошли обратно в зал Стражи. Там ему налили тёплого отвара с мёдом и дали лепёшку.
Он семенил к себе домой. Его ни кто не задерживал. Стражники провожали его взглядом, и всё. В кармане лежал кошель с десятком серебряных монет. «Ещё 5–6 таких ночей, и будет хорошее приданное для дочери. Можно будет купить дом в квартале. Но сейчас их надо спрятать в надёжном месте».
Эллиада обедала в кафе на Старом Арбате. Неделя была очень насыщенной. Только вернулась из Лондона, заезжала по делам и навестить дочь. Переговоры в Москве по новым проектам. Скоро лететь на юг, принимать отчёты о работе курортных подразделений. А сработали великолепно. Нужно скорректировать планы по расширению. Гарантированные объёмы покрывают 2/3 мощностей. Сегодня в Москве общее, стратегическое планирование работы её компании с главными специалистами — главными тормозами быстрого роста её туристического бизнеса. Им выгоден небольшой, но постоянный рост. 3–5 %, 7 % — максимум, в период туристического бума, вызванного форс-мажорными обстоятельствами. За окном тёплая московская осень. Не заметила, как к ней подсел мужчина 50-и лет с потасканным лицом, но одет прилично.
— Привет, «Сантана». Хорошо выглядишь.
«Сантана» — её позывной в «Пижонах». Она его оглядела, что-то знакомое. Три раза нажала на кнопку звонка. Подошла официантка.
— Мой счёт, пожалуйста.
— Уже уходите?
— Ещё немного посижу, и дела.
Официантка распечатала счёт, приняла оплату, ушла.
— А ты вся в делах.
— В отличии от тебя, «Малявка».
Да, она его узнала. Младший брат одного из членов банды. На момент её гибели ему было 10 лет.
— Гляжу, жизнь тебя потаскала. Всё по кабакам, да по тюрьмам. Не живётся как всем?
— Как всем скучно. Помнишь, как веселились?
— Да, веселились. Твой братик долго снаряд в машине возил? Не знаешь? Хотя, ты лез везде, шустрый был, не в меру шустрый.
— Не знаю. Я вот что. Братве грев нужен. Ты при деньгах. Чехлись.
— Ты не оригинален. У вас-же предки побогаче моих были. И ты единственный подонок в живых остался. Где денежки твоих родителей? Прогулял уже?
— Ни чего они не оставили. Долги только.
— Их кризис подкосил, как и моих. Больше денег — больнее бьёт кризис. А я вот сама кручусь. Двух дочерей вырастила, мужа — козла. И сейчас кручусь, зарабатываю, хотя годков побольше, чем тебе.
— А выглядишь на 30–35. Хорошо живёшь. Если не будешь делиться — твой бизнес пострадает. Подумай.
— «Малявка». Подрасти сначала. А будешь наглеть — тюрьма — твой дом. И это моё последнее слово. Я уже не та «Сантана», что была. Та «Сантана» утонула в море. Всё, её нет.
Она встала, забрала плащ и пошла. Разговор попадёт к Леди-Босс уде к вечеру. 2–3 дня на разведку и вперёд, действовать.
Мужчина сел в машину, где ждали его ещё трое.
— Ну что?
— Облом. Отказала. Но вспомнила, сука. При бабках она, больших бабках.
— А не слишком больших?
