Новые горизонты полностью

– Если бы я могла читать твои мысли, я бы сошла с ума намного раньше. Нет, Гурто, я ничего такого не умею. Я – просто довольно сильный кибэ, которого уже мутит от этого дурацкого дара. Но там, в крепости, после боя, ты вдруг резко переменил ко мне отношение. Закрылся от меня во второй раз в жизни. И я это почувствовала. При этом твоя отрешенность пошла мне на пользу. Когда ты гасишь эмоции, я наконец-то могу отдохнуть от всех вас, собраться с мыслями, подумать, переключиться. Когда ты эмоционально мертв, я по-настоящему успокаиваюсь, поэтому там, в крепости, я не решилась к тебе подойти. Когда вокруг постоянно толчется много народу, мне сложно. А с тобой… ну, с таким тобой… мне стало хорошо. Поэтому я решила, что подожду с извинениями. К тому же надо было как-то это объяснить, а я не была готова откровенничать. Не тогда. Не при свидетелях. Поэтому просто старалась держаться поближе. Ждала момента. Думала, что это несерьезно. А потом нас крепко взяли в оборот наставники, затем были военные игры, следом завертелась эта история с разломом, и ты остался в крепости, когда все остальные успели уехать… В итоге увиделись мы только в столице. И в первые дни тебе явно было не до моих извинений. Ты был сосредоточен на чем-то другом. И я опять решила обождать. Слушала твои эмоции. Сомневалась. Но несколько дней назад в них кое-что изменилось – ты успокоился, перестал колебаться, то есть явно принял какое-то решение. И с учетом того, что произошло сегодня, я поняла, что ты больше не видишь меня в команде. Не видишь меня даже просто рядом. При этом мне показалось, что простой обиды для этого недостаточно. Раньше ты не показывал таких реакций ни на резкие слова, ни на поступки. Ты всегда принимал решение взвешенно и обосновано, основываясь на фактах, а не на домыслах. Даже если там и была обида, то вряд ли она могла послужить причиной такого отношения. Вот я и решилась наконец выяснить, чем же тебя не устроила.

Ания беспокойно помялась и, заметив, что к воротам движутся несколько припозднившихся студентов, замолчала, терпеливо дожидаясь, пока они пройдут мимо. А как только мы снова остались одни, требовательно на меня уставилась.

– Так что, Гурто? Как видишь, я с тобой честна. И надеюсь услышать такой же честный ответ.

Я откровенно заколебался. Но поскольку на протяжении разговора неотрывно следил за её аурой и ни разу не увидел, чтобы она солгала, то решил, что в таких условиях все-таки стоит пойти ей навстречу.

– Хорошо, – кивнул я, закончив анализ ситуации и придя к совершенно неожиданным выводам. – Но прежде я хочу спросить: скажи, ты знала, что та авария на турнире «Джи-1» вовсе не была случайной?

У Ании нервно дернулся уголок рта.

– Не то что бы, но… после последнего боя Сол был раздражен. Когда я вернулась с ринга, он бросил в сердцах, что этого боя могло и не быть. Вернее, что этого не должно было быть. Я тогда не поняла, почему он так выразился. Об аварии ведь никто не знал. И в новостях её в тот день не освещали. А потом подслушала их разговор и поняла, что все это очень странно. Откуда Сол мог узнать об аварии? Буквально через рэйн после того, как она произошла, и задолго до того, как об этом узнали другие? Почему он был так уверен, что бой не состоится? Кто ему сказал, что в том ардэ ты находился не один, а с наставником? И почему в разговоре с ним Айрд сказал, что авария вышла неудачной? Обычно так говорят про покушения. Но представить, что Айрд в этом замешан…

– Для него это было бы слишком сложно, – сухо отозвался я. – Впрочем, я пока никого не обвиняю. Официальное расследование версию о покушении не подтвердило. Скажи, после турнира ты больше никаких пожеланий и распоряжений в отношении меня не получала?

– Нет, – ровно повторила Босхо, как ни странно, и на этот раз ни единым словом мне не солгав.

Я мгновение помедлил.

– Тогда зачем ты пыталась отравить меня в крепости Ровная?

– Я? – вздрогнула девчонка. – Гурто, ты что? О чем ты говоришь?

– У тебя инъектор под ногтем левого мизинца. А в нем – миниатюрная капсула с денаторавинорабдэтоксином.

Она уставилась на меня, как на инопланетянина, собравшегося пожрать всю её семью, а потом шокированно прошептала:

– Откуда ты знаешь?

«Эмоции субъекта „Босхо“ искренние», – тихонько оповестила меня Эмма.

Да я и сам уже вижу. И это как-то не укладывается в то, что я знал о Босхо раньше.

– Ты использовала её, когда я пожал тебе руку, – спокойно сообщил я, заставив девчонку дернуться, как от пощечины. – Яд, правда, не подействовал. Он просто не попал куда нужно. Игла сломалась. Но я заметил. Это тот же самый яд, которым меня пытались отравить на турнире.

– Вот оно что…

Ания до крови прикусила губу.

– Прости, я не хотела. Во время боя я сломала об тебя не только руку, но и ноготь. Вероятно, из-за этого инъектор вышел из строя, и я, наверное, случайно… Гурто, поверь, я не собиралась тебе вредить! У меня и в мыслях не было использовать на тебе этот яд!

– Зачем же он тебе тогда понадобился?