— Та-а-к, — тётка сразу встала в позу «Ф». — Ну, племянничек…
— Тёть Оль! Да там всё фотогенично! Просто… просто у дангмарцев вы теперь настоящая Валькирия!
— ЧТО??? — возмутилась она.
— И вполне возможно, что вести войска предстоит вам… — почти шёпотом закончил племянник.
— Ну, Боря… — покачала головой она.
— Ладно, политинформация закончилась, — усмехнулся Остапов. — Пойдёмте наверх.
Пока Борис и его тётка усердно заполняли бланки подписки-допуска, Ксения и Остапов склонились над документом-приказом. Участники тандема менялись ролями каждые несколько минут: то Рокотова забрасывала вопросами генерала, то он просил уточнить некоторые вопросы не в его компетенции — о кинематографии.
Наконец с подпиской было закончено, и генерал попросил всех приблизиться.
— Завтра-послезавтра вам доставят оборудование для Бориса с Марса. И заодно посмотрите Базу Знаний по космическим сражениям. Любые ролики, любые снимки копируйте в общий архив, где потом будете сортировать по их профессиональной пригодности. И ещё… — требовательно посмотрел он на остальных. — Вы теперь бойцы невидимого фронта. Поэтому должна быть чёткая дисциплина и порядок. Ни слова, ни полслова никому… даже намёком… где работаете, над чем работаете… И с пришлыми не откровенничать… что-то ляпните, не подумав, а там и до международного скандала недалеко.
30 марта 1995 года. г. Калачеевск 11 часов 20 минут
За эти дни Борис устал и даже осунулся, ибо сразу взял просто лошадиный темп. Нет, это не совесть от экстравагантного поступка над тёткой сыграла свою роль — просто в первую ночь он осмыслил, ЧТО пришлось пережить понравившейся ему девушке. Пусть это несбыточная мечта, но её глаза… пусть они кошачьи, но сколько же в них было боли… Борису довелось видеть истерзанную нелюдями-хулиганами кошку, которую он и его друзья везли в ветлечебницу. У той кошки были точно такие глаза — наполненные болью и отчаянием. И поэтому он для себя решил помочь обрести девушке и её матери душевное спокойствие. Борис оставил себе только четыре часа в день для сна. Потом отоспится, как решил он. Вот и работал двое суток на пределе своих физических возможностей. Обычно Анфиса обращалась с людьми невозмутимым голосом, но сейчас даже она настаивала на отдыхе.
— Анфиса, к чёрту отдых! Потом, если что, отосплюсь! Обработай восьмой, двенадцатый и шестнадцатый снимки! А я потопал встречать гостей.
— Работа принята. Загружаю данные.
У входа в ЦСБ его окликнул тот самый майор Колыванов.
— Борис! Ты куда собрался?
— На взлётное поле. Там сейчас должен сесть самолёт. Блин! Я уже опаздываю! Есть ещё ко мне вопросы?
— Нет, но генерал попросил меня помочь тебе добраться, — приветливо улыбнулся он. — Так что? Едем?
— Вот здорово! Конечно, едем!
Они успели. Борис, запыхавшись, добежал до основной группы собравшихся. Остапов оглянулся, посмотрел на него и снова повернулся в сторону предполагаемого прибытия самолёта.
— Колыванов! Больше никаких депеш из Центра не было? — не оборачиваясь, спросил он.
— Никак нет, тарщ генерал. Меня бы Анфиса сразу через канал связи оповестила.
— Значит, ждём. Сколько там осталось?
— Две минуты. Опаздывают союзнички.
— Не опаздывают, а задерживаются, — поправил его генерал.
Разговор прервал свист. Высокочастотный и режущий уши. Генерал машинально поднял голову, устремив взор навстречу звуку, и оторопел: с большой высоты, пикируя, как заправский истребитель, спускался космический корабль.
— Ничего себе… — мотнул головой Колыванов. — Сейчас шуму будет — ого-го сколько…
— ПВО с ночи на ушах стоит, а оцепление сдержит любопытных. Всё предусмотрено, — не согласился с ним Остапов.
— Какая громадина… — выдохнула Рокотова. — Выдержит ли земля?
— Наша матушка-земля выдержит всё, — успокоил её генерал.
Тем временем корабль сел метрах в ста пятидесяти, но даже сквозь дуновение ветра ощущался исходивший от него жар. Наконец одна из створок люка открылась, и из корабля вышла девушка в скафандре. Увидев за кормой собравшихся людей, она припустила к ним. За несколько метров остановилась и сняла шлем.
— Ничего себе, это Оля, — радостно покачал головой Борис.
— Кто такая Оля? — сразу среагировал Колыванов.
— Олейя Дангмар, Её Высочество, принцесса Дангмара, — представил Волков.
— То есть она вот так вот запросто водит космические корабли? — обомлела Рокотова.
— В их расе нет лишних людей, — менторским тоном объяснил Борис.
— Бор-рис! — Олейя услышала знакомый голос и мигом среагировала на него, за несколько секунд добравшись до парня и целомудренно приобняв его.
— Рад тебя видеть, Оля, — с чувством собственного превосходства над прочими оторопевшими встречающими, он обвил её рукой за талию и представил остальным. — Знакомьтесь, Её Высочество — принцесса Дангмара — Олейя Дангмар.
— Я привыкла к тому, как меня называет Борис, поэтому можете называть меня Олей, — лучезарно улыбнулась она.
— Это имя подходит для более тесного общения или детям, — возразила ей Ксения. — А вам больше подойдёт Ольга.
