— Ну, Алексей, рассказывай, как продвигаются дела у наших друзей?
— Боюсь сглазить, товарищ Андропов, — улыбнулся он. — В общем, проблема энергетического кризиса не только в нашей стране, но и на всей планете больше не стоит.
— Как так? — удивился обычно сдержанный генсек.
— Ящик с сатленом и сопутствующим оборудованием, вроде нашей радиолы, заменяет примерно три гидроэлектростанции.
— Вот это новость… — покачал он головой.
— А дальше начинается сказка, — усмехнулся Камов. — Дангмарец Горм сейчас собрал вокруг себя костяк наших учёных разных направлений. Помогает ему сын, и этот тандем уже выводит нашу космическую отрасль на такие горизонты, что кроме как сказкой это не назовёшь. Только бы успеть достроить несколько истребителей…
— Зачем?
— Чтобы прикрыть Землю и Марс от внешнего врага. А вот потом, Юрий Владимирович, у нас появятся все шансы стать настоящей космической державой. Какие там эсминцы и лёгкие крейсера! Линкоры, способные отразить аннигиляционный удар сразу с трёх направлений!
— И правда, фантастика.
— Но Горм поклялся всеми своими святыми, что сделает нас таковой. И пока у меня нет оснований ему не верить. Под Горьким уже вовсю штампуют истребители, в нескольких городах монтируют термоядерные реакторы разной мощности…
— Но при таком производстве нужно соблюдать меры безопасности, — нахмурился Андропов.
— Если бы, Юрий Владимирович… Разница в реакторах между нашим и дангмарским — это как пугач и автомат.
— Поясни.
— При передозировке серы от спичек пугач бабахнет так, что может оторвать палец на руке, а если в реактор дангмарцев даже граната попадёт, он просто сломается и всё. Нет риска детонации и прочих подводных камней. Настоящий мирный атом.
— Насколько дангмарцы лояльны к нам?
— Не знаю, как остальные, но Горм готов отдать жизнь за нас. Я тут выполнил маленькую просьбу старика… — Алексей рассказал о случае в Уральских горах.
— Да, и советовать ничего не нужно, — задумчиво проговорил генсек. — Но до меня дошли слухи, что ты собираешься принять участие в рискованной авантюре с уничтожением роров. Это так?
— Скажем, это один из крайних вариантов развития агрессивных действий роров… если они застанут нас врасплох.
— Что планируешь дальше делать?
— Хочу на время покинуть нашу планету и начать готовить из дангмарцев воинов, а не кисейных барышень.
— Думаешь, получится? — усмехнулся Андропов.
— Ну… глава СИБа на Дангмаре тоже чего-нибудь стоит! Главное — отучить их бояться. А после они своей ненавистью размажут по стенке всех агрессоров.
≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡
22 Московский государственный геологоразведочный университет имени Серго Орджоникидзе. Ведущий государственный вуз, который более 100 лет осуществляет подготовку специалистов для решения задач, связанных изучением и освоением богатств планеты.
22 июня 1995 года. Плато «Олимп». Марс. 13 часов 15 минут местного времени.
Челнок с корабля доставил на плато сразу троих: Алексея, Бориса и Ритейю.
— Как тут всё изменилось… — протянул Волков через шлем скафандра.
— А что ты хотел? Дангмарки сидеть на попе ровно не умеют, — ответил ему Камов.
— Что такое «попа»? — мигом поинтересовалась Ритейя.
— Твоя очаровательная пятая точка, — с усмешкой произнёс Алексей.
— Ну, знаешь! — вспыхнула она.
— Не шипи, я ж говорил, что тебе это не идёт. И вообще, почитай нашу гала-сеть, может, чего полезного усвоишь.
— Я бы не стал доверять этой клоаке, — заметил Волков. — Там чего только не напишут.
— А цензура на что? — не понял Камов.
— Так пока кто-то пожалуется, пока прореагируют… а там и стирать незачем.
— Ладно, это всё мелочи, мы сейчас куда идём? — повернулся он к Ритейе.
— В… э-э-э… таверну «Дурдон».
— Что? — усомнился он. — В какой ещё дурдом?
— Не «Дурдом», а «Дурдон», — поправила его девушка. — На ваш язык это переводится как «Пристанище».
— Мать моя женщина… — вздохнул Алексей. — Такие ассоциации…
— Издержки местного диалекта, — пожал плечами Борис.
— Ладно, дурдом, так дурдом. Веди нас, сеньорита Санчо Панса.
Волков не выдержал и захохотал в голос.
— Алекс, по смеху Бориса я понимаю, что ты сказал что-то язвительное, но не нужно так о моих сёстрах. Между прочим, в вашем языке тоже много всяких ругательств, а в реальности — обычные вещи.
— Да?
— Слово «крюк» обозначает у нас… э-э-э… нет, не буду говорить… а у вас это какой-то инструмент или механизм.
— Да ты прямо кладезь дангмарского языка!
— Вот опять… — вздохнула она. — Как же сложно с тобой…
— Я простой, как… как ситцевые трусы.
— Что?
— Ну, это ваши лепсы, только мужские и в горошек… э-э-э… ну, точки такие… белые.
— Фу… даже не могу себе представить.
— Ладно, заходим внутрь, — Камов решительно потянул на себя дверь.
