— Алло, Александр Озёров слушает.
— Говорит «Ястреб». Дело сделано.
— Понял тебя «Ястреб». Проблем не возникло?
— Никаких проблем. Всё исполнено в точном соответствии с планом. Объект сопротивлялся недолго.
— Молодцы. Возвращайтесь.
— Понял вас. Возвращаемся.
Александр положил трубку.
Вот всё и закончилось. Когда минивэн Михаила подъехал в условленное место, его атаковали несколько охранников, устроивших засаду. Вначале они поразили машину из противотанкового гранатомёта. Кумулятивные снаряды запросто могли убить Михаила. Но, вероятно, тот выжил, и тогда в дело вступили владеющие с магией и рубрумитовыми пулями. Михаил погиб. Водителя же пришлось ранить, чтобы ни у кого не возникло сомнений в том, что нападение подстроили враги.
Разумеется, семья обратится прежде всего к Александру, чтобы тот расследовал гибель брата, и Александр займётся этим со всем усердием. К счастью, у Михаила имелось много недругов среди местной аристократии, и всегда можно обвинить одного из них — того, кого будет выгоднее всего. Возможно, даже Алексея, почему нет? Впрочем, его лучше обходить стороной за версту: ему служба тайных дел покровительствует. Или осторожно дать информацию, что от Михаила избавилась сама СТД — против них уж точно никто не попрёт.
А чтобы у Алексея не было никаких претензий к своей бывшей семье, можно ему и часть отцовских сбережений отдать. В конце концов, они с сестрой тоже имеют на это право после всего, что им пришлось терпеть. И оставить их, наконец в покое. Пусть живут собственной жизнью и не суют нос в дела своего бывшего рода. Не нужны они здесь, как и всякие бесполезные конфликты на пустом месте.
Правда, Александру теперь придётся работать не на брата, а на его Виктора — старшего отпрыска Михаила, но это, наоборот, хорошо. Парень молод, немного наивен, и его мнением легко манипулировать. Вот с Ириной предстоит пободаться — это да. Хитрая стерва. Но впервой, что ли? Александр был уверен, что справится.
В Омск я полетел самолётом на следующий же день. В Первосибирске мне делать было нечего, поэтому решил пожить пока тут. Оля уехала, остались Света и Лера. Они обитали на съёмной квартире, ожидая окончания ремонта в нашем новом особняке, и я поселился с ними.
А буквально дня через три на мой адрес в Первосибирске пришло письмо из Нижнего Новгорода. Подумав, что речь идёт об очередном судебном извещении, я попросил Гавилова открыть его, и тот исполнил мою просьбу.
Отправителем оказался личный секретарь Михаила Озёрова. Он сообщал, что мой отец погиб при невыясненных обстоятельствах, и нам со Светой, как одним из младших отпрысков полагается небольшая часть сбережений и акций нашего родителя. Речь, разумеется, не шла о компаниях и недвижимости, но сумма всё равно оказалась солидная.
Меня удивил данный факт. Слишком уж загадочной выглядела смерть Михаила. Здоровье подвело? Кто-то из врагов избавился? Служба тайных дел поработала? Я был в замешательстве. Даже позвонил Синеусову и поинтересовался, что тот думает о гибели моего отца.
— Алексей Михайлович, ни о чём не беспокойтесь, — сказал агент. — У вашего отца было много врагов. Наверняка, некоторые жаждали его смерти. Этим займётся полиция. А вам волноваться не о чем, дела вашего бывшего рода вас больше не касаются.
Синеусов словно не удивился такому исходу, и я подумал, уж не СТД ли решило прихлопнуть папашу, усомнившись в его надёжности и адекватности? В любом случае, мне это лишь на руку.
Чувствовал ли я облегчение после случившегося? Возможно. Хотя, скорее безразличие. Почему-то думалось, что Михаил и так больше не станет создавать мне проблемы. Не хотелось, конечно, опять по судам мотаться — бесполезная морока, лишняя трата времени и денег. Поэтому я радовался, что всего этого теперь не будет. Одно знал точно: мне ни капли не жаль князя Озёрова. Сволочью он был той ещё — за обе жизни я таких не видел. Главное, чтобы его семейка не продолжила доставать меня по «старой доброй традиции».
Ну и любопытство мучило: что же случилось? Кто избавился от Михаила Озёрова? Кажется, на этот вопрос вряд ли удастся получить ответ.
В начале августа из области тьмы вернулась Вероника, и мне пришлось ехать в Первосибирск, чтобы встретиться с ней.
Чтобы обсудить наши совместные планы, мы с Вероникой встретились в ресторане вдвоём, без её дочери. Разумеется, первым делом я расспросил о том, что происходит в областях тьмы. Мне было чертовски интересно, как продвигается наступление на других участках фронта, официальные сводки с которых выглядели крайне скудно и не отражали полную картину происходящего.
