— Ну и что? — пожала плечами Хатаке. — Зато нас целых трое! Папа говорит, что численное преимущество в бою не менее важно, чем умение. — Она потерла пальцем переносицу: — И еще способность слаженно действовать, вот.
Не успела она это произнести, как тень появилась вновь. Она покружила над головами детей и спустилась, подобно сумеркам. В следующее мгновение перед ними предстал человек, закутанный в черный плащ, был он с длинными растрепанными волосами, крючковатым носом и острым пронзительным взглядом.
— Меня называют Ястреб, — сказал он.
***
Первыми пропажу сестренки Эмелины заметили брат и его девушка, вернувшиеся с совместной прогулки к нему в дом. Родителей как раз не было, и молодые решили немного побыть вдвоем. Дома должна была быть сестренка, которую Сакумо планировал спровадить в ее комнату, велев не высовываться, но обнаружил лишь полное отсутствие присутствия той.
К счастью, прогресс не стоял на месте, так что в деревне шиноби уже давно практически в каждом доме имелся телефон. Парень сообразил набрать номер семьи Яманака и тут же узнал от тети Ино, что девчонки отправились в гости к старухе Момо. Подумав, что это как нельзя кстати, молодой человек в отсутствие надоедливой проныры решил максимально уделить внимание возлюбленной.
Увлеченно милуясь, они не заметили, как наступил вечер. Тут раздался тревожный звонок от Ино, сообщившей, что девочки еще не вернулись и что, как выяснилось, к старухе Момо те так и не заходили.
Уже через пять минут они втроем прочесывали местность вокруг деревни. А еще через десять Сакумо успешно наткнулся на сестру и ее подружек, направлявшихся к главным воротам. На вопрос, где их носит, все трое удивленно похлопали глазками и протянули корзинку, полную ягод. Сакумо на всякий случай высказал сестре все, что о ней думает, та, к его немалому удивлению, со всем согласилась и молча потопала за ним к дому вместе с Имари и Юми.
Сакумо показалось это странным: сестренка вела себя необычайно тихо, а Юми и Имари шли, не обращая на него особого внимания, вместо того, чтобы, как обычно, вешаться ему на шею.
Вскоре с поисков вернулись Ино и Юрико. Яманака поблагодарила молодых людей за помощь и забрала дочь, обещая устроить ей дома разбор полетов. Юми вдруг вспомнила, что забыла выгулять Ранмару, и поспешила к себе. На все дальнейшие расспросы Эмелина только пожимала плечами и отвечала: «А что такого? Мы только собирали ягоды». Вскоре Юрико и Сакумо отстали от нее и, быстро забыв о волнениях, вновь увлеклись друг другом. Родителям Сакумо не стал ничего говорить.
***
Следующим утром Эмелина и девочки прибежали к Хокаге. Младшая Хатаке без церемоний с разбегу запрыгнула на колени к дяде Наруто. Они улыбались во все зубы и дружно спросили:
— Дядя Наруто, а где находится каменная плита с предсказанием?
— Каменная плита? — удивился Узумаки. — Какая плита?
— Ну вот такая…
И они объяснили ему, как могли, какая.
— А… Ну была одна, — припомнил он. — Там, где раньше жил Саске, кажется. — Наруто сосредоточился, пытаясь припомнить. — Когда на Коноху напали «Акацуки», квартал Учих был разрушен, как и все остальное. — Он почесал в затылке: — Там была маленькая часовенка…
— Часовенка? — переспросили девчонки.
— А затем на развалинах часовни… — Наруто, вспотев от усердия, взял со стола шляпу и обмахнулся ею. — Под обломками нашли каменную плиту. Бабуля Тсунаде тогда хотела ее выкинуть, но Какаши-сенсей уговорил оставить ее как память о некогда бывшем в деревне клане. Все же Учихи сыграли немалую роль в истории нашей деревни. Так что плиту эту поместили в музей.
Хокаге что-то еще хотел добавить, но девчонки сорвались с места, крикнув: «Спасибо, дядя Наруто!», только их и видели.
***
В конохском Краеведческом музее народу, как всегда, было мало. Царящую в залах зловещую тишину изредка нарушал храп старичка-смотрителя. Подруги максимально бесшумно прокрались, чтобы его не разбудить и принялись шнырять от стеллажа к стеллажу, разыскивая заветную каменную плиту. Они равнодушно прошли мимо портретов Хокаге и даже не взглянули на легендарную курительную трубку Сарутоби Хирузена, гордо выставленную наряду с другими сокровищами. Все это барахло они уже не раз имели счастье видеть на школьных экскурсиях.
Скрижаль обнаружилась в самом конце самого дальнего зала со скромной табличкой: «Каменная плита из квартала Учих», год такой-то.
— Она? — шепотом спросила Эмелина.
— Она?.. — дернула плечами Юми.
— Наверное, она, — предположила Имари.
— Берем, — дружно заключили они и принялись тихонько отодвигать стекло.
Надо сказать, что Краеведческий музей Конохи хоть и находился посреди деревни шиноби, не охранялся почти никак. А кому придет в голову что-то оттуда воровать? Да еще посреди деревни, полной ниндзя. Чужие сюда не войдут, а своим тут ничего и не надо. Так что ни сигнализации, ни ловушек здесь не наблюдалось. Наши отчаянные юные грабительницы спокойно вытащили увесистый камень и, пыхтя от натуги, потащили его к выходу, стараясь, опять же, не разбудить сторожа.
