МИО — Модернизированные инфицированные объекты. Подавление пост-вируса позволяло контролировать их, используя для защиты и грязной тяжелой работы. Сильные, послушные, они безропотно исполняют любой приказ. Но будет ли так всегда…?
Человек бежал по темным улицам к своему дому, зажимая рваную рану на руке и кровь капала на асфальт, просачиваясь сквозь пальцы, оставляя за ним след из красных капель, видимых только отражением света от вертолетов, беспрестанно круживших над городом. Он бежал прямо посередине проезжей части центральной улицы, крутясь между брошенными как попало машинами и не обращая внимания на весь тот ужас, что творился вокруг в этом проклятом Богом месте. А вокруг происходило нечто невообразимое, представить которое еще вчера было немыслимо и теперь весь город грохотал от постоянной стрельбы и взрывов, усиливающихся эхом от зданий и свиста от пролетающих вертолетов, которые светом своих прожекторов освещали дома и дороги, выискивая цели в сплошной мгле. Где-то совсем неподалеку разгорелся нешуточный бой и сквозь треск очередей прорывались вопли ярости и ужаса, заканчивающиеся предсмертными вскриками. Из-за эха, отражающегося от многоэтажных зданий было невозможно определить, где идет бой, хотя это уже не имело значения в нынешней ситуации. Противник был вполне известен и одолеть его было уже невозможно, ведь он проявлялся везде, поскольку любой человек нес в себе опасность. Инфекция распространялась стремительно, найдя возможность для проникновения через воздух и тем более через воду, ведь любой, испивший ее, был обречен и нигде от этой заразы не было возможности укрыться. Рация беспомощно болталась у него на плече, стукаясь по груди со знаком трех молний и оттуда разносились чьи-то отрывистые приказы сквозь шум радиоволн и взрывы, но человек их не слушал. Ему было все равно до войны и приказов тех командиров, что допустили это, поскольку сейчас он хотел только одного. К тому же он практически ничего не слышал вокруг из-за шума в голове и единственное, что им двигало это то, что его упрямо тянуло к семье, которая находилась совсем неподалеку. Он остановился и огляделся вокруг, пытаясь понять где он находится и куда двигаться дальше, одновременно вспоминая начало ужаса.
Все началось настолько неожиданно в этом сумасшедшем городе, хотя оборона уже неделю сдерживала нашествие, но все же прорыв был стремителен и вторжение десятков тысяч инфицированных пост-вирусом сквозь заграждения настолько всех поразило, что никто не успел эвакуировать гражданских, да и не куда было их уже эвакуировать, поскольку это безумие шествовало по всему миру и вот уже весь город находился во власти одичавших людей, нападающих на всех, кто попадался им на пути ради утоления своей ненависти и дикого, сводящего с ума голода. И их численность постоянно росла от новых инфицированных давая невозможность контролировать зоны заражения. Город пал и теперь он подлежал только уничтожению, что, впрочем, тоже исполнить было не кому. Люди стремительно теряли людей.
