Не получив ответа, потерял интерес к своей жертве и отвернулся. Раскачиваясь с пятки на носок, поджидал своего товарища, который, присев на корточки, завязывал шнурок на кроссовке.
Анюта при виде этой сцены замерла на полушаге и во все глаза уставилась на обидчика соседки. А Стас дождался друга и, не глядя на группку застывших девчонок, они продолжили путь вниз по бетонке. Стас бодро жестикулировал и рассказывал что-то своему приятелю.
Девчонки посторонились. И тут Наташа молниеносным движением выставила ногу. Стас запнулся, взмахнул руками и грохнулся на бетонное покрытие. Немедленно вскочив, он заорал в бешенстве:
– Ты чего, сдурела? Прибью нафиг! – Красивые черты его лица исказились злобной гримасой.
– Ага, попробуй, – Наташа невозмутимо расправила плечи.
– Слушай, ну ты в натуре – чума! – вступил в разговор спутник пострадавшего Стаса.
И Наташа узнала в нем того самого высоченного парня, которого оттолкнула в автобусе. У него была короткая стрижка, и Наташа с удивлением отметила, что так носили только друзья ее брата—бандита. Но этот парень явно не относился к тем ребятам в кожаных куртках и спортивных костюмах. Хотя и был атлетически сложен и широкоплеч. У него был резко очерченный подбородок и зеленые глаза. А когда он заговорил, то презрительно сощурился, глядя на Наташу сверху вниз.
– Это же бетонка, – сказал он нравоучительным тоном, зацепив большие пальцы рук за карманы фирменных темно—синих джинсов, – по ней даже бегать нельзя, а ты подножку! Первый раз тут? Соблюдай—ка правила!
И только Наташа собралась ответить, как неожиданно в разговор вступила Галя:
– Правила! Саня, кто бы говорил?!
Но тот в ответ на ее слова лишь высокомерно усмехнулся. И тут Стас, приложив ладонь к щеке, обнаружил кровоточащую ссадину.
– Саня! – трагическим голосом провозгласил он. – Посмотри! В первый же день! Давай эту дрянь по бетонке раскатаем?!
– Хоть пальцем тронешь – от тебя живого места не останется! Тебя даже не найдут, – пообещала Наташа и опасливо отступила.
– А это мы сейчас проверим, – обрадовался Стас и шагнул к ней.
– Оставь ее, – процедил его приятель. – Не трать время!
Стас нехотя подчинился и, ворча что—то нелестное обо всем женском роде, пошагал дальше.
Дождавшись, когда парни окажутся на достаточном расстоянии, Галя с горящими от восторга глазами обернулась к Наташе:
– Наташка! Ты ведь его так из—за меня? Да?! Чтоб не обзывался?!
И она так преданно заглянула ей в лицо, что Наташа растерялась. Ей не хотелось признаваться, что Галя права: поведение Стаса возмутило ее до глубины души, вывело из равновесия и заставило вступить с ним в перепалку.
– Ну, ты даешь! – продолжала восторгаться Галя. – А не боишься с ними связываться?
– А что они мне сделают? – пожала плечами Наташа.
– Ну, мало ли. Они у нас тут на особом положении. Знаешь, кто его отец?
– А ты знаешь, кто у меня брат?
И в ответ на вопросительно задранные Галкины брови гордо изрекла:
– Брат у меня – бандит! И парень мой – тоже!
***
С Дёмой, парнем, которым она похвасталась Гале, Наташа познакомилась в прошлом году, на следующий день после похорон своей лучшей подруги. Было самое начало осенних каникул. Это время года всегда приводило ее в уныние, а печальные события последних дней и вовсе вогнали в мрачное расположение духа.
Сидя перед телевизором на диване в гостиной, Наташа пустым взглядом смотрела сквозь экран, где ведущий передачи «… До шестнадцати и старше» брал интервью у длинноволосого юноши, протестующего против всеобщей воинской обязанности. На душе у Наташи скребли кошки, а в горле застрял соленый ком. Когда дверной звонок нетерпеливо прозвенел в пятый раз, она тяжело поднялась и открыла. На пороге стоял Лешка и незнакомый парень в черной кожаной куртке.
– Лягуха, организуй—ка нам пожрать по—быстрому! – приказал брат и, скинув ботинки, заперся в ванной. Послышался шум бьющей из крана воды.
– Привет, – сказал парень и протянул Наташе руку.
Она взяла широкую ладонь и поморщилась от чрезмерно сильного рукопожатия.
– Извини, – он задержал ее руку в своей и улыбнулся.
Улыбка смягчила грубые, будто рубленые, черты его лица. Невысокого роста, чуть выше Наташи, парень был широк в плечах. На крепкой шее, как и у Лешки, блестела золотая цепь, толщиной в мизинец.
– Меня Дёма зовут, – представился он.
– Дёма? – переспросила Наташа, все еще погруженная в себя.
– Вообще—то, Сергей Дёмин, но для своих – Дёма. А ты чего такая грустная?
– У меня подруга умерла, – сказала она, провожая его на кухню.
– О, – коротко посочувствовал Дёма. – Мы тоже братка недавно хоронили. На стрелке не в тему выступил, его и грохнули.
– Лешка мне ничего не рассказывал, – Наташа поставила на стол сковороду с жареной картошкой и котлетами.
