Да, при удаче, со «взятых в оборот» Врат, из которых сделали такой «конвейер», можно было «переработать на опыт» три-четыре тысячи тварей (вряд ли больше, потому что частота выхода тварей через Врата, у которых их быстро убивали, обычно заметно снижалась), но даже если таковых окажется полторы, ну ладно — две сотни, то общий итог всё равно составлял восемьсот тысяч. И даже если его удвоить… ну, учитывая увеличившийся опыт с раскачавшихся тварей плюс крохи, получаемые с низкоуровневых — всё равно не хватало бы даже на одного. Вот поэтому главным правилом любого игрока и было — качать всё что можно без траты очков…
Короче, к исходу второго дня после их выхода из императорской сокровищницы Скип понял, что их с императором Японии рейд надо закруглять. Мальчишка явно устал, причём не только физически, но и психологически, и потому начал делать ошибки и подставляться. Так что, вылечив его очередной раз, он сурово подытожил:
— Всё — возвращаемся.
— Но-о-о… сенсей, вы же прибили только тридцать две из пятидесяти девя…
— И хватит пока, — махнул рукой маг. — Остальные шарятся где-то на дальних окраинах Иокогамы и в Сагамихаре, а первые боевые выходы команды будут осуществлять со стороны Касива и Фубанаси. Так что шанс на то, что они пересекутся — небольшой… А вот то, что мы уже на два дня затянули с первым выходом, наоборот — существенно. Да и по тебе генерал Идзуцу точно очень соскучился. Так что возвращаемся.
Мальчик грустно опустил голову.
— Сенсей, а мы ещё раз сходим с вами в рейд?
— Ну пару раз точно сходим, — усмехнулся Скип. — Надо же вашим бойцам наглядно показать, как можно расправляться со стайными тварями одним клинком. А то привыкли пулять направо и налево…
Перед началом выдвижения Скип связался с Мораной и попросил её предупредить генерала о возращении. И о том, что он приведёт мальчишку на ту площадку, на которой они все знакомились со своим подопечными. Так что, если генерал захочет устроить какое-нибудь «военное шоу» — пусть поторопиться. Потому что часа через полтора они будут на месте… И генерал Идзуцу не подвёл. Когда мальчик, торжественно неся перед собой заметно светящийся в наступивших сумерках Кусанаги-но цуруги, вышел из портала, его встретили ровные шеренги японцев, которые на мгновение замерли от зрелища, свидетелем которому стали, а затем не просто дружно, но как-то даже остервенело заорали:
— БАНЗАЙ! Тенно хенко банзай! Банзай! — а потом началась форменное безумие. До того момента очень ровные и стройные шеренги японских солдат, офицеров и ещё непонятно какого люда внезапно рухнули на колени и-и-и… поползли на коленях к мальчишке. Скип аж испугался за него. Потому что глаза у народа были явно обезумевшими. То есть парнишку вполне могли порвать на сувениры… А у него, как назло, ни одного нелетального закла!
Но, слава богу, маль… кхм… то есть — император Японии, похоже знал, что делать. Потому что он вскинул руку с мечом вверх, а ладонью второй остановил всё это начавшееся стихийное движение, после чего тонким мальчишеским голосом что-то закричал по-японски. Причём, уже через три-четыре фразы принялся тыкать рукой в его сторону. И сразу после этого все японцы, внезапно, начали приподниматься, оказываясь уже на одном, левом колене и разворачиваться уже в сторону самого Скипа. Маг насторожился. Японский он понимал пока ещё довольно плохо. Только отдельные слова. И, вроде как, парнишка сказал только то, что он теперь его сенсей. Откуда такая реакция-то?
— Чего ты им сказал? — тихо прошипел он, наклоняясь к своему ученику.
— Ни слова неправды, сенсей! — широко улыбнувшись ответил тот. — Я сказал, что вы указали мне путь к победе и освобождению нашей страны. И что Аматерасу благословила нас с вами на этом пути, порукой чему горящий божественным огнём Кусанаги-но цуруги в моей руке… Поэтому вы теперь Учитель не только мой, но и всей Ниппон!
Скип замер, потом обвёл взглядом сотни людей, стоящим перед ним на левом колене и таращившихся на него этаким восторженно-обезумевшим взглядом. После чего тихо выдохнул по-русски:
— Вот это жопа…
— Всё валяешься?
Скип поднял голову и уныло уставился на Капитана, ввалившегося в его спальню.
Из Японии они вернулись… ну, наверное, это можно сказать с триумфом. Потому что японцы не только наградили его Высшим орденом Хризантемы, причём, с цепью — как ему объяснил напрочь обалдевший от подобного «связист», орденом Хризантемы с цепью награждали только глав дружественных государств и никого хоть немного мельче… но ещё и напрочь отказались от положенных им по договору десятипроцентых выплат очками опыта. Причём, от этого налога был освобождён не только сам Скип, но и вся его траппа. А, кроме этого, они вышли на руководство России и предложили заключить не просто союзнический договор, а нечто вообще невообразимое. Одно название чего стоило — «О дружбе и единении под дланью Аматерасу»…
