Через двадцать минут город Шадринск, — сообщила проводница, возвращая мой билет. И сразу вспомнился Григорий Михайлович Ефремов, к которому я держал путь, вспомнилась и последняя встреча три года назад.
Началось-то тогда все с Терентия Семеновича Мальцева. Мы сидели с ним в просторной комнате, заставленной большими шкафами, полными книг, беседовали… А беседовать с известным колхозным ученым Терентием Мальцевым — это значит говорить об урожае или о том, что тесно связано с урожайными делами. В этот раз беседа тоже об урожае, но как бы с другой стороны: речь зашла о любви к земле. В последние годы в нашей печати много говорится о любви к земле, к родному селу.
Терентий Семенович начал издалека:
— Я частенько задумываюсь над судьбой хлебопашца… Крестьянина земля кормила, он любил ее, держался за свою землю, зато и работал на ней с большой охотой и не знал усталости, хотя и очень тяжело доставался мужику свой хлеб, очень тяжело. И вот организовали колхоз. В первые годы эта привычка — работать с охотой, без устали — сохранилась, я бы сказал — приумножилась. Большинство колхозников, скажем, в нашей артели, работали именно без устали, с любовью, рано поднимались, поздно уходили с поля. Конечно, попадались и лодыри, — такие всегда в деревне бывают, — но большинство-то работали замечательно! Это ведь у крестьянина в крови — сделать все добротно. Поле ли забороновать, стог ли сена сметать. Любил мужик своим уменьем похвастаться, да и полюбоваться делом рук своих. Ох, как дружно тогда работали!
— Но как разжечь в современном крестьянине тот огонек, о котором вы так восторженно рассказываете, как привить утраченную любовь к земле?
— Очень просто! — оживился Терентий Семенович. Но тут же, улыбнувшись, поправился: — Нет, не очень просто, конечно, а очень трудно…
Он начал припоминать историю своего колхоза, его взлеты и падения. И чаще всего это зависело от руководителей артели.
— Выходит, в современных условиях прививать любовь к земле должно через руководителей, агрономов?
— Да! — решительно произнес Терентий Семенович. — В современных условиях главное зависит, думается, от распорядителя. Если распорядитель сам искренне любит землю, работу на земле, то он всегда сумеет увлечь и своих помощников, привить им эту самую любовь. А при плохом распорядителе нельзя, конечно, ждать добра… Если сам он не любит работу на земле, не любит свое хозяйство, значит, загубит дело, разуверит и тех, кто еще не совсем утратил любовь к земле.
Слушаю неторопливую речь народного академика, а перед глазами проходит вереница знакомых мне распорядителей, как Терентий Семенович именует руководителей колхозов и совхозов. В их числе и сам Терентий Семенович! Да, эти всплывшие в моей памяти распорядители полюбили свое дело, работу на земле, потому-то и добились замечательных успехов. Я попросил Терентия Семеновича назвать кого-либо из своих знакомых, которых можно бы отнести к числу передовых распорядителей.
— Да возьмите хотя бы Ефремова! — быстро откликнулся Терентий Семенович. — Вы ведь знаете Григория Михайловича Ефремова? Сейчас он директор совхоза «Красная звезда». Лет десять назад принял совершенно разваленное хозяйство, а теперь оно одно из самых передовых в области — и по урожайности полей, и по всем другим делам. И все это, конечно, потому, что там подбирались добрые распорядители, любящие свое дело, свою землю. А при добрых распорядителях… Но на эту тему мы уже говорили. Обязательно съездите к Ефремову! — посоветовал Терентий Семенович.
Григория Михайловича Ефремова я вообще-то знал, но… больше по рассказам других товарищей. Видел же его несколько раз на совещаниях, однажды слышал его выступление. Конечно, читал о нем, так как в газетах о Ефремове частенько писали. А вот сейчас, когда о Ефремове напомнил Терентий Семенович, мне вспомнились рассказы Валентина Овечкина. Именно от него-то я больше всего и знал о Ефремове. А Валентин Овечкин давно был знаком с Ефремовым, ездил к нему и тогда, когда тот был директором Понькинской МТС, и позднее, когда он работал на посту директора совхоза. Валентин Владимирович откровенно любил Ефремова, часто восхищался им и его делами.
— Есть руководители, — говорил как-то Овечкин, — которые после себя никакого доброго следа на земле не оставляют: пошумят в общем и целом, а никакой доброй памяти нет. А есть такие, которые стремятся сделать как можно больше нужного и полезного для всего общества. Вот к таким относится и Ефремов.
Помнится, он подробно рассказывал, как Ефремов вывел Понькинскую МТС в число передовых по стране. Надо заметить, что эта МТС обслуживала и поля Терентия Семеновича. И, как я понял, главное у Ефремова — забота о людях!
