Вашему вниманию предлагается перевод и исследование сборника коротких рассказов и заметок в жанре бицзи, принадлежащего перу известного китайского литератора XVIII века Юань Мэя.
ЮАНЬ МЭЙ
НОВЫЕ ЗАПИСИ ЦИ СЕ или О ЧЕМ НЕ ГОВОРИЛ КОНФУЦИЙ.
Сборник бицзи, (с сокращениями)
Перевод с китайского: О. П. Фишман
Сборник коротких рассказов и заметок в жанре бицзи, принадлежащих перу известного китайского литератора XVIII в. Юань Мэя. Рассказы переведены выборочно, но остальной текст изложен в кратком пересказе, что дает читателю представление о всем составе сборника.
Взято здесь:(другого варианта в сети пока не нашел)
ЮАНЬ МЭЙ
НОВЫЕ ЗАПИСИ ЦИ СЕ или О ЧЕМ НЕ ГОВОРИЛ КОНФУЦИЙ.
ЦЗЮАНЬ ПЕРВАЯ
1. МЛАДШИЙ ПОМОЩНИК НАЧАЛЬНИКА ОБЛАСТИ ЛИ
Ли из Гуанси, младший помощник начальника области, был очень богат; у него было семь наложниц, а сокровищ — горы несметные. Когда ему исполнилось двадцать семь лет, он заболел и умер. У Ли был старый слуга, искренне ему преданный; он горько оплакивал безвременную кончину своего хозяина. Когда этот слуга вместе с семью наложницами совершал моление, во дворе вдруг появился даос с корзинкой для шелковичных червей в руках и попросил подаяния. Слуга прикрикнул на него:
— Моего господина постигла безвременная кончина, недосуг мне милостыню раздавать!
— Тебе хочется, чтобы твой хозяин вернулся к жизни? Ну, так я знаю способ, как приказать его душе возвратиться,— улыбнулся даос.
Потрясенный слуга поспешил сообщить об этом наложницам хозяина; те в изумлении вышли, чтобы поклониться даосу, но его уже не было.
Старый слуга горько каялся в том, что оскорбил бессмертного, прогнав его, а наложницы наперебой его упрекали.
Некоторое время спустя слуга проходил мимо рынка, и по дороге ему повстречался тот самый даос. Слуга испугался и обрадовался, схватил даоса за руку и стал умолять его о прощении.
— Не я помешал твоему господину вернуться к жизни,— сказал даос.— По правилам Царства мертвых, для того чтобы покойный вернулся к жизни, необходимо найти ему замену; вряд ли в вашем доме найдется человек, который заменил бы покойного. Поэтому я и ушел тогда от вас.
— Позвольте мне вернуться домой, чтобы посоветоваться,— сказал слуга.
Он привел даоса с собой и передал его слова наложницам хозяина. Сначала, услыхав о приходе даоса, женщины очень обрадовались, но, узнав, что надо найти замену покойнику, пришли в смятение. Каждая посматривала на других, но никто не произносил ни слова.
— Все госпожи еще молоды,— твердо сказал старый слуга,— их жалко, старому же вашему рабу осталось немного жить, чего меня жалеть!
Он вышел к даосу и спросил его, может ли старый раб заменить своего господина.
— Если ты способен не пожалеть о своем решении, то можешь,— сказал даос.
— Способен,— ответил слуга.
— За твою преданность разрешаю тебе пойти проститься с близкими и друзьями, а я пока приготовлю необходимое средство. Через три дня оно будет готово, через семь дней мы его применим.
Слуга отвел даоса к наложницам, оказавшим тому все знаки почтения, а сам, проливая слезы, отправился в дома, где жили его родные и друзья, проститься с ними. Некоторые насмехались над ним, некоторые отнеслись с уважением, одни жалели его, другие, не поверив ему, издевались.
Проходя мимо храма Шэн-ди, слуга зашел туда, отбил поклоны и вознес молитву: «Для того чтобы раб мог заменить умершего хозяина, молю Шэн-ди помочь даосу вернуть душу покойного». Не успел он это сказать, как перед ним предстал босоногий буддийский монах и стал кричать на него:
— Ты весь опутан чарами, будет большая беда. Я тебя спасу, но ты, смотри, никому не рассказывай,— и дал слуге бумажный сверток, прибавив: — Понадобится, посмотришь, что внутри.
Сказал и исчез, а старый слуга пошел домой, украдкой заглянул в сверток, а там — пять когтей, связанных веревочкой в один пучок. Он положил сверток за пазуху.
Наступил назначенный даосом срок. Даос приказал перенести постель слуги так, чтобы она стояла напротив гроба хозяина, запер двери на железный засов, просверлил в двери отверстие, чтобы передавать еду и питье, и с помощью наложниц соорудил алтарь для чтения заклинаний. Этим и ограничился. Слуга почувствовал недоверие к даосу и очень волновался. Вдруг под его лежанкой послышался свист ветра, из-под земли вылезли два черных человека с зелеными зрачками и глубоко сидящими глазами; все тело у них было покрыто короткой шерстью длиной в одно-два чи, головы большущие, как колеса у телеги. Сверкающими глазами смотрели они на слугу, смотрели и шли; обошли вокруг гроба и стали прогрызать в гробу щель; щель раскрылась, и послышался кашель — точь-в-точь хозяина. Бесы открыли переднюю часть гроба, стали растирать руками покойнику живот; покойник начал издавать звуки. Слуга смотрит — облик хозяина, а голос даоса.
Переменившись в лице, слуга воскликнул:
— Разве это не подтверждение слов Шэн-ди? — и поспешно выхватил лежавший у него за пазухой сверток, оттуда вылетели пять когтей и превратились в золотого дракона длиною в несколько чжанов. Дракон схватил слугу, поднял его в воздух и привязал веревкой к стропилам. У слуги в глазах потемнело. Придя немного в себя, он устремил взгляд вниз и увидел, что те двое бесов, поддерживая хозяина, перевели его из гроба на постель слуги, и он лежал там, как мертвый.
