«Альбус, у вас начинается маразм? - злобно прошипел Снейп. Да как он смеет оскорблять Лили столь слабой похвалой? - Она была одной из самых способных в нашем классе, хотя она никогда не вела себя как высокомерная всезнайка. Она преуспевала и в зельях, и в чарах, а Минерва вообще у нее с рук ела (причем, в буквальном смысле) – такой у нее был талант к трансфигурациям. Как вы смеете забывать о ее достижениях?».
Улыбка Дамблдора была подозрительно самодовольна: «Конечно, конечно, мой мальчик. Спасибо, что напомнил. Хорошо, ты не думаешь, что Гарри мог унаследовать ее завидный интеллект?»
Снейп ухмыльнулся. «Другими словами, вы хотите знать, оказалось ли наследство Джеймса Поттера сильнее влияния Лили Эванс. Я не стал бы отвергать любые варианты. Нелепо утверждать, что Гарри – то есть, Поттер – ничего не унаследовал от матери кроме цвета глаз. Я уверен, что влияние Лили куда сильнее, чем у этого идиота, и мальчик – то есть, паршивец – будет напоминать ее все больше, когда начнет проявляться его собственный характер».
«Меня это немного беспокоит, Северус. Мы оба знаем, что равенкло, несмотря на пугающую глубину их интеллекта, поддаются слишком большому влиянию логических аргументов. Если в Гарри будут сочетаться ум Лили и настойчивость Джеймса, то я боюсь, ни один равенкло не сможет устоять перед его доводами».
Снейп нахмурился. Об этом он не подумал: «Хорошо, директор, но ведь кто-то должен быть. Мы ведь не можем искать в Слизерине. Во время войны в Ордене почти не было слизеринцев, а выжило их еще меньше. Помимо меня самого, я могу вспомнить только двух – Джайлс в Австралии, в то время как Джин не подходит, поскольку… О, нет. Нет, нет, нет. Да ни за что в жизни!»
«Право слово, Северус, - весело сказал Альбус, - ты должен признать, что ты прекрасно подходишь по всем критериям, которые ты же и определил».
«Абсолютно исключено! Я не буду опекуном паршивца! Вы спятили?»
«Ну, если ты категорически против…», - вздохнул Дамблдор.
«Против! А вы с ума сошли, если хотя бы допускаете такую мысль. И это после моих действий накануне вечером. Вы думаете, Минерва или Поппи согласятся, чтобы я стал опекуном Поттера?»
«Похоже, что Минерва считает…»
«Она явно страдает от галлюцинаций. Я всегда считал, что менопауза плохо на ней отразилась», - прорычал Снейп. Он был слишком поражен нелепым предложением Дамблдора, чтобы подумать, а мудро ли говорить подобное, когда не можешь потом стереть память всем свидетелям, включая себя самого.
«Ну, хорошо, - спокойно ответил Дамблдор. – Тогда давай подумаем, кто еще подходит. Очевидно, что мы должны найти кого-то, к кому Гарри может привязаться. После ужасного отношения Дурслей, я боюсь, что это будет очень непросто».
Северус рассмеялся, обрадовавшись, что так легко убедил директора отказаться от прежней, совершенно неприемлемой идеи. «Я бы за это не волновался, Альбус. В конце концов, мальчик даже ко мне успел привязаться». Очевидную ловушку он заметил слишком поздно.
«Нет! Погодите! Я…»
«Ну и ну, мой мальчик. Похоже, мы все время возвращаемся к одному и тому же, независимо от направления», - Альбус улыбнулся. – «Может показаться, что твоя судьба…».
«НЕТ, - Снейп вскочил на ноги, отчаянно озираясь по сторонам, словно ища путь к отступлению. - Это безумие! Я не подхожу!»
«Почему нет?» - ласково спросил Дамблдор. Он, казалось, совершенно не замечал, что Снейп отчаянно мотает головой и в панике ходит из стороны в сторону. «Определенно, ты сможешь уделять Гарри все внимание, которое ему потребуется. У тебя нет иных семейных обязательств, и нет планов ими обзавестись. Ты уже провел «интенсивный анализ» по воспитанию такого ребенка. Ты уже знаешь, что значит быть жертвой подобного насилия. Ты также лучше, чем кто-либо еще, понимаешь опасности – в настоящем и будущем – которые могут подстерегать Гарри со стороны сил Тьмы. У тебя достаточно силы воли, чтобы устоять перед любыми манипуляциями, а твой интеллект легко разберется с любыми ложными доводами, не говоря уже о пресечении любых слишком «гриффиндорских» тенденций в зародыше. Я уверен, что тебе будет нетрудно установить четкие правила и обязанности, и хотя я подозреваю, что тебе еще нужно поработать над эмоциональной открытостью и заботой, я уверен, что Гарри тебе в этом поможет».
«Директор, я не…»
«То, что ты постоянно находишься в Хогвардсе все упрощает, и ты сможешь окружить Гарри поддержкой даже во время учебного года. Конечно, защитные чары школы гарантируют его безопасность, даже без кровной магии у Дурслей… Да, Северус, я считаю это лучшим вариантом. В конце концов, что бы ни случилось в будущем, я знаю, что ты никогда не обидишь ребенка». Слово «опять» явно подразумевалось, как и угроза насчет последствий для тех, кто не оправдает надежд Дамблдора.
