«Да, мистер Уизли. А почему вас удивляет, что я в первую очередь обращаю внимание на взрослых глав семьи, и не пытаюсь свалить ответственность на маленького ребенка? Вы решили, что ваши родители страдают какой-либо мыслительной недостаточностью? Или что они никогда не слышали про анимагов? Или про то, что нельзя позволять ребенку оставлять дикое животное без медицинского осмотра, который гарантирует, что это не носитель опасной болезни и не беглый Пожиратель смерти, принявший другой облик?»
Перси вытаращил на него глаза: «Но… но ведь…»
«О, да ради Мерлина, - Снейп резко вскочил на ноги, промаршировал к камину, бросил в него горсть летучего пороха и прокричал «Нора!», после чего засунул голову в пламя. – Молли, Артур. Вы нужны мне здесь. Срочно».
«Нет-нет, я не хочу их видеть! – пробормотал паникующий Перси. – Они, должно быть, очень на меня злятся». Он попытался сбежать, но Снейп схватил его сзади за мантию.
«Нет уж. Оставайтесь здесь и ни с места», - приказал он мальчику, но гриффиндорец не обратил на него никакого внимания – он был слишком занят, пытаясь прорваться к двери.
Это стало последней каплей. Игра в психоаналитика гриффиндорцев не входила в профессиональные обязанности Снейпа, и увесистый шлепок подростку пониже спины ясно дал понять, что терпению зельевара пришел конец.
«Ой!» - воскликнул Перси от шока. Он развернулся лицом к Снейпу, схватившись за попу обеими руками. Мерлин, БОЛЬНО же. Я уже и забыл, каково это, когда тебя шлепают. Он заметил гневный взгляд профессора и запоздало понял, что открытое сопротивление было не самой лучшей его идеей.
«Садитесь. На место», - Снейп указал на диван.
Перси с трудом сглотнул. «Да, дядя Сев. Эм… м-можно я пока постою? Я бы лучше не садился прямо сейчас».
Реакция Снейпа на употребление Перси термина «дядя Сев» была благополучно прервана Молли и Артуром, которые появились из камина. «Что такое, Северус? Что опять случилось?» По вполне понятным соображениям, оба они выглядели перепуганными, пытаясь представить, что за новая катастрофа могла разразиться всего через несколько часов после предыдущей.
«Ваш сын, - Снейп указал на Перси, который стоял перед диваном с побагровевшим лицом, - убежден, что способность Петтигрю выдать себя за питомца семьи целиком и полностью является его виной. Он убедил себя в том, что вы возлагаете на него ответственность за ту опасность, в которой жила ваша семья».
Молли охнула: «Перси! Нет!»
«Это правда, сынок? – мягко спросил Артур. – Ты ведь должен знать, что это неправда».
Перси уставился в пол. «Это правда моя вина. Это я закатил истерику, когда вы сказали, что чужая крыса не станет хорошим фамильяром. Я так боялся, что в Хогвартсе я буду единственным учеником без фамильяра, что не оставил вам выбора. Я заставил вас разрешить мне оставить его».
«О, Перси! – Молли сжала расстроенного подростка в своих железных объятиях, как будто он был совсем маленьким. – Ты не должен винить себя! Ты не заставлял нас. Это мы решили, что позволим тебе оставить крысу».
«Но я же орал, кричал и…»
«Ну да, милый, но все дети такие. Ты уже забыл, как ты требовал, чтобы мы продали Ронни в цирк, и тебе больше не приходилось бы делить с ним комнату? Тогда ты тоже орал, кричал и закатил порядочную истерику, но мы все равно не сделали по-твоему, - Молли ласково потрепала его по щеке. – Или когда ты..»
«Хорошо-хорошо! – быстро сказал Перси, прерывая новые позорные воспоминания. – Я помню».
Артур улыбнулся. «Это правда, что ты сильно вопил, пытаясь оставить крысу, сынок, но не это переубедило нас. Мы подумали, что тебе будет полезно иметь собственное животное. Ты заслужил подарок за твою помощь с младшими детьми, и это показалось безобидной наградой. Если бы мы не хотели, чтобы ты оставил Коросту, то никакие крики не заставили бы нас передумать. Ты ведь не забыл, чем обычно заканчивались истерики?» - спросил он с улыбкой.
Перси задумчиво потер свое мягкое место. «Да, помню», - признался он.
«Вот видишь, милый, от тебя ничего не зависело. Это было не твое решение и не твоя вина», - подчеркнула Молли.
«Именно, - встрял Снейп. – Это вина Петтигрю и только его. Хотя если вы настаиваете на новых обвиняемых, то логика подсказывает, что нужно начать с ваших родителей. В конце концов, до того как Рональд или Гарри подверглись риску, опасность угрожала вам».
Теперь все трое уставились на него с удивлением. «Мне! Но зачем Петтигрю убивать меня?» - спросил Перси.
Снейп закатил глаза.
Дорогой «Вестник волшебного образования»,
В случае столкновения с наивностью, которая явно является генетической патологией и сопровождается сортировкой на факультет, где, похоже, принято принимать видимость за реальность, допустимо ли настоящему педагогу умыть руки и провозгласить данного учащегося безнадежным случаем? Требует ли наш профессионализм, чтобы учитель продолжал тщетные попытки убедить слепца прозреть, или нам дозволяется плюнуть на это дело, не дожидаясь прободной язвы?
