Дамблдор удивленно переглянулся с МакГонагалл, после чего он проделал более сложные движения палочкой. На мгновение показалось, что мебель останется неподвижной, но еще один повелительный жест директора заставил столы и стулья мягко опуститься на пол.
МакГонагалл смерила Гарри пронзительным взглядом, а затем сказала: «Следуйте за мной, мистер Поттер». Ее рука продолжала крепко держать его за воротник, так что у Гарри не оставалось другого выбора. От ухмылок и презрительных взглядов в его сторону по пути из зала его уши горели от стыда, а его самообладание испарилось.
Глава его факультета притащила его в свой кабинет, закрыла за ними дверь и указала на стул перед ее рабочим столом, сказав: «А теперь…» Однако эти два маленьких невинных слова оказались последней каплей, и мальчик полностью потерял контроль над собой.
Все эти дни он молчал, несмотря на язвительные подколки Амбридж, игнорировал насмешки других учеников, позволял циркулировать слухам о его жульничестве, но теперь вся его злость и раздражение по поводу этой несправедливости вырвались наружу. Он был уверен, что его (опять) отругают и накажут за то, чего он не делал, точно так же как и в его старой школе, когда Дадли подставлял его и сваливал на него собственные проделки. И как и тогда, Гарри знал, что он не сможет доказать свою невиновность, но если в прошлом он лишь затравленно молчал и страдал от наказаний из страха перед родственниками, то на этот раз его вновь приобретенный темперамент взбунтовался. Если его все равно накажут, то он сделает кару заслуженной!
«ЭТО НЕСПРАВЕДЛИВО! – заорал он на изумленную МакГонагалл. – МЕНЯ ВСЕ ВРЕМЯ ВИНЯТ ЗА ДЕРЬМО, КОТОРОГО Я НЕ ДЕЛАЛ! ЭТО НЕЧЕСТНО! ПОЧЕМУ ВСЕГДА Я? Я НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛ!»
«Мистер Пот…» - МакГонагалл попыталась перебить его, но Гарри был не в том настроении, чтобы слушать.
«ЗАТКНИТЕСЬ! НЕНАВИЖУ ЭТО! НИКТО МНЕ НЕ ВЕРИТ! АМБУКА ВСЕ ВРЕМЯ МЕНЯ ОБЗЫВАЕТ И ВЫДУМЫВАЕТ ПРО МЕНЯ РАЗНОЕ, И НИКТО НЕ ГОВОРИТ, ЧТО ОНА ГОРОДИТ ЧУШЬ, НО СТОИТ МНЕ СКАЗАТЬ, ЧТО Я НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛ, ТО МНЕ ГОВОРЯТ ПОМАЛКИВАТЬ. НУ ТАК САМИ ПОМАЛКИВАЙТЕ ДЛЯ РАЗНООБРАЗИЯ!»
МакГонагалл удивленно моргнула. За все годы преподавательской работы, ей еще ни разу не говорили «помалкивать». Она с трудом удержалась от совершенно неуместной улыбки. На свой лад Гарри выглядел очень милым, когда так бесился и кричал. Эдакая помесь Джеймса в худшие его годы и разгневанного Северуса. О, и вы только посмотрите, как он размахивает руками. Сириус все время так делал. На МакГонагалл накатил приступ ностальгии, и она растроганно смотрела на то, как орет и бурно жестикулирует последнее поколение Поттеров.
Прошло целых несколько минут, прежде чем истерика Гарри выдохлась. И когда это произошло, и он медленно остановился, сорвав голос и доведя себя до полного измождения, то до него внезапно дошло, что именно он наговорил и кому. О нет, профессор МакГонагалл его убьет.
Чувствуя себя полным придурком, он робко поднял глаза и встретился с ней взглядом. В тот же миг он почувствовал себя еще большим ребенком. Пока он кричал и возмущался, она с удобством устроилась за своим столом, призвала чайник, и теперь просто попивала чай, ожидая, когда мальчик закончит. «У вас все?» - спросила она совершенно спокойным тоном, приподнимая одну бровь.
«Дамэм», - пробормотал Гарри. Он готов был сквозь землю провалиться – вел себя как маленький капризный дурачок.
«Держите», - она протянула стакан с холодной водой для его болезненного горла, и такое беспокойство о его самочувствии лишь еще больше пристыдило Гарри.
«Простите», - прошептал он, взял стакан и благодарно сделал пару глотков, чувствуя, как прохладная влага успокаивает его глотку.
«Как я поняла из вашей вспышки гнева, вы стали жертвой порочащей кампании со стороны Этой Женщины?» В ответ на непонимающий взгляд Гарри МакГонагалл уточнила: «Профессора Амбу… Амбридж?» Она поспешно отхлебнула чай, чтобы скрыть свою оговорку. Чуть не сказала «Амбука», так не годится.
Гарри смущенно пожал плечами. Теперь, когда его истерика была позади, он был бы рад провалиться сквозь пол и забыть обо всем, что он наговорил. Да и что он там говорил? Он мог только припомнить, что он орал про несправедливость, и (ой) должно быть он назвал ее «Амбукой» и… о, нет. Мерлин, нет, только не это. Не мог же он настолько сглупить! Ведь не мог же он сказать самой профессору МакГонагалл «помалкивать»! «Мне очень жаль, - сказал он, уставившись на свои ботинки. – Я не знаю, почему я все это наговорил. Я никогда раньше так себя не вел».
Лицо МакГонагалл помрачнело. «Ну, мистер Поттер, возможно, все дело именно в этом», - сказала она, старательно сохраняя формальный тон.
