— Даже не спрашивай, Антон, как я его добывала. — Анна Тихоновна скромно потупилась. — Ты же знаешь, что, по закону, Иного, самоустранившегося от активной деятельности, никто не вправе тревожить…
— Мне бы потребовалось разрешение главы местного Ночного Дозора и четко выраженное невозражение главы Дневного, чтобы просто подать в местный филиал Инквизиции прошение о выдаче адреса, — сказал Гесер. — И еще не факт, что мне бы адрес сообщили…
— А я пошла проще. — Анна Тихоновна все-таки не сдержалась и, несмотря на свое «не спрашивай, Антон», принялась рассказывать. — Я прочитала Эразмовскую «Любовь растений» и написала критический трактат о ней. Ну… отчасти хвалебный, отчасти критический. Как раз в той мере, чтобы задеть Эразма. Опубликовала в английском журнале… и через неделю получила отповедь.
Она заулыбалась. Не сдержал улыбки и я:
— Клюнул, значит, дендрофил наш… И что дальше?
— Мы с ним некоторое время переписывались. Я для вида поспорила, потом признала полную ошибочность своей критики… в общем — покаялась перед Эразмом, тот сменил гнев на милость. Не так уж часто люди ныне интересуются его любимым научным трудом. Мы очень славно пообщались, он даже кокетничать со мной стал и приглашал его посетить. Но тут я допустила ошибку. Меня же, Антон, интересовала только история с Тигром… И я про нее упомянула. Эразм, видимо, понял, в чем мой интерес. И оскорбился.
— Почему? — удивился я.
— Ну как почему? Его любимая ботаника, на почве которой он и стал со мной общаться, оказалась для меня всего лишь предлогом для знакомства… — В голосе старушки прорезалось смущение.
— Представь, что у тебя есть увлечение, фанатичное и слегка безумное, — добавил Гесер. — И вдруг ты встречаешь Иную, которая разделяет твою страсть… к коллекционированию мотыльков, допустим. Или к изучению целебных свойств кефира. Ты общаешься, радуешься… возможно — влюбляешься. И вдруг узнаешь, что все это — лишь предлог сойтись с тобой поближе и узнать про Мел Судьбы, который когда-то был в твоих руках.
— Понятно, — кивнул я. — Эразм не сменил место жительства?
— Насколько мы выяснили — нет, — покачал головой Гесер.
— И где он живет? Какая-нибудь глушь, очевидно? Среди безбрежных трав и вековых деревьев? Вересковые поля Шотландии, суровые скалы Уэльса…
— В Лондоне он живет, — фыркнул Гесер. — С годами начинаешь ценить комфорт, поверь мне.
— Командировка в Лондон — это неплохо, — мечтательно сказал я.
— Вот и поедешь.
— Не буду спорить, — быстро ответил я. — С кем?
— Один. Никаких боевых столкновений не предвидится. Никого знакомого с Эразмом у нас нет… кроме Анны Тихоновны, но учитывая обстоятельства, при которых прервался их контакт…
— А вы с ним не знакомы? — с надеждой спросил я.
Гесер покачал головой:
— Не знаком. И Фома Лермонт — тоже. Через третьи-четвертые руки могу найти контакт, но вряд ли это поможет.
— Я тут подумала, — почти застенчиво спросила Анна Тихоновна. — А если Антону взять с собой Кешу?
— Полагаешь, Эразма растрогает мальчик, чья судьба похожа на его собственную? — Гесер потер переносицу. — Как полагаешь, Антон?
— Не думаю, что четырехсотлетнему Иному свойственны сантименты, — ответил я. — Я бы лучше Светлану с собой взял.
— Как только она вернется в Дозор, — усмехнулся Гесер. — Съезди в Лондон, Антон. Поговори с Эразмом. Вдруг он сумеет рассказать что-нибудь важное? А нет… так просто проветришься. Командировку тебе выписали, билеты готовы, возьми в бухгалтерии. Летишь завтра утром.
— Бизнес-классом, надеюсь? — пошутил я.
— Да, — кивнул Гесер.
Мне как-то сразу расхотелось острить. Конечно, Ночной Дозор не бедная организация, а командировки у нас не столь часты… Но с чего бы вдруг Гесер расщедрился на бизнес-класс?
— А суточные какие? — уточнил я.
— Сто двадцать фунтов в день. Плюс оплата гостиницы.
Он что, не шутит?
— Проживать буду в «Рэдиссоне» или в «Шератоне»? — бросил я еще один пробный камень.
— Обойдешься, — усмехнулся Гесер. — Маленькая традиционная английская гостиница — что может быть лучше, чтобы понять чужую страну?
— Борис Игнатьевич, в чем подвох? — не выдержал я.
— Да ни в чем. Просто ты и впрямь неплохо работал в последнее время. Считай, что я придумал для тебя отпуск за казенный счет. Не добьешься успеха — ругать не стану, а если и впрямь что-нибудь разузнаешь — следующий раз отправлю тебя на задание служебным самолетом.
— Ага, если бы он еще у нас был, — хмыкнул я, вставая.
— Я как раз собираюсь его купить, — сказал Гесер. — Как думаешь, что лучше — «Гольфстрим» или «Эмбрэйр»?
— «Як-сорок», — ответил я и вышел.
Больше всего меня смущало то, что Гесер, похоже, не шутил.
Зачем Ночному Дозору города Москвы служебный самолет?
Лучше бы кондиционеры в офисе поменял, летом не продохнуть от жары!
Если меня в чем-то и убедили пятнадцать лет в Дозоре, так это в том, что Гесер ничего не делает просто так. Он не дает задания ни исходя из чистой функциональности, ни давая волю альтруизму.
