-Аня. – Сказала Анталия и её лицо прояснилось. Однако она тут же разочарованно вздохнула и добавила. – Мне показалось, что этот имя, очень знаком. Как будто…, не знаю. Просто показалось.
Лена ничего не ответила, она двинулась к двери, надела сапоги и вышла, на прощанье кивнув девушке. Та улыбнулась в ответ и закрыла дверь.
Лена спускалась по лестнице не спеша. Её брови сошлись к переносице, взгляд полон задумчивости. В какой-то момент она остановилась и посмотрела вверх, туда, где теперь живёт вампир по имени Аня Иванова.
-Кто же ты на самом деле? – Произнесла она едва слышно.
«Аня» ещё недавно не знавшая ни слова по-русски, уже неплохо говорит на этом языке. Всего несколько дней назад с опаской смотревшая на телевизор и электрический чайник, с каким-то внутренним страхом бравшая в руки телефон – сущая дикарка, словно приехала прямиком из глухой деревни. Причём деревни не просто глухой, а очень отдалённой от жизни городской и отдалённой не только в смысле расстояния, но и времени. А сегодня она уже относительно свободно говорит на русском, без проблем обращается с бытовой техникой…, тут Лена поморщилась и продолжила спускаться. Вспомнила про стиральную машину. Когда удалось наладить вербальную связь с незнакомкой, до уровня понимания простейших слов, она показала ей ту самую машину, собираясь кратко обрисовать при помощи жестов, действий и небогатого словарного запаса из двух языков понимаемых «Аней», как с этим прибором обращаться.
Как только машинка включилась, зеленоглазая дикарка сиганула в дверной проём и тут же вернулась вооружённая двумя кухонными ножами, да и застыла в полной боевой готовности, яростным взглядом пугая едва слышно дребезжащий аппарат.
Ну, хоть с душем проблем не возникло.
Лена вышла на крыльцо подъезда и остановилась, прикурив сигарету.
-Курит, стоит, накрасилась вся, бесстыжая! Куда молодёжь катится только! – Бурчит мимо идущий гражданин пожилого возраста с деревянной клюкой.
Лена не ответила, но протянула руку к дверной ручке, и дверь открыла, пропуская старушку.
-Это…, спасибо дочка. – На грани слышимости, подозрительно и удивлённо сказала женщина, ковыляя в двери чуть быстрее, чем шла раньше.
-Не за что. – Сказала Лена, размышляя. Незнакомка не давала ей покоя. Сначала она пришла к очевидному выводу, тому, что и Вивьен – Анталия вампир Последнего клана. Ибо отличалась от всех и явно обладала уникальной способностью. Её прошлое – почему она не помнит ничего? И это можно было объяснить. Пусть повреждения мозга в случае с вампирами, никак не навредит ни личности, ни памяти, но мир не так прост, как кажется. Есть и другие расы – причём не все они представлены в Нортумесе и соблюдают правила. Собственно большую часть, самое основное, чтут и никогда не нарушают, абсолютно все расы, кроме, пожалуй , людей. Но Король Людей мёртв и нового они не выбирали. Людей очень много, они разобщены. У них и не может быть единого короля, а без него, раса не может быть представлена в Нортумесе. У каждой расы Нортумеса должен быть свой Король, единый Король для всех представителей расы, таков один из главных законов этого мира.
Может быть, неспособность выбрать одного короля и исключила людей из сообщества прочих рас, может быть, поэтому людям ничего не известно о них. Кто знает? Лена точно не знала.
Вампир мог утратить память, получив на орехи от любого существа, владевшего магией. Или выхватив специализированное заклинание уничтожавшее память, либо блокирующее её, или же потерять память из-за последствий некоего магического удара – учитывая о каком клане речь, скорее всего, удара вынужденного, нанесённого в целях самозащиты…
-Сборище ушлёпков. – Буркнула Лена, ибо от мыслей тех, вампиры её клана, предстали перед мысленным взором длинным, быстро несущимся мимо неё, этаким парадом. Приятных личностей там не было совсем. Словно, выбирая жертву, Носферату заключили пари - «найти самого сумасшедшего и аморального человека». И только Лилиат, в том не стала участвовать.
Лена двинулась к своей машине. Под ногами скрипит снег, мимо прошёл усталый мужчина, засыпавший на ходу. От него пахло потом, пылью и хозяйственным мылом, а глаза словно подведены тушью, словно он пытался её смыть, но безуспешно – шахтёр с работы домой идёт…
Всё обучение незнакомки было слишком быстрым. Казалось, она не учится, а вспоминает.
