— Я возглавляю объединенную операцию, — сказал генерал, глядя стальным взором на сына. — И я прикажу сбросить бомбу ровно в двадцать один ноль-ноль, если не услышу от тебя никаких вестей. Не опоздай. Это приказ, капитан.
Генерал повернулся и снова начал беседовать с полковником, давая понять, что с ними разговор окончен.
Снаружи послышался шум двигателя вертолета. Если они с Грантом собирались скоординировать свои действия со штурмовой группой, нужно спешить.
Тайлер посмотрел на часы. До штурма оставалось всего девять часов.
Когда личный самолет Элрика пролетел над центром Сиэтла, Дилара наконец поняла, где они находятся, но это не имело никакого значения. Во время полета на вертолете из аэропорта на остров Оркас у нее не было никаких шансов сбежать.
Они прибыли в некий комплекс зданий, главное из которых напоминало загородный дом. Ее поспешно провели через пост охраны, а затем в лифт, который спустился вниз, под землю. На панели было семь кнопок. Когда двери открылись на третьем уровне и Дилара увидела заполненный людьми коридор, она поняла, что это и есть «Оазис».
У лифта их встретил похожий на медведя человек с бритой головой. По бокам его стояли еще двое с автоматами.
— Доложи обстановку, — потребовал Элрик.
— Все наши прибыли и находятся внутри «Оазиса».
— Хорошо. Сегодня вечером уходим в полную изоляцию. Доктор Кеннер, это Дэн Каттер. Он проводит вас. — Элрик снова повернулся к Каттеру. — Мне нужно сделать кое-какие дела, а потом начнем допрос.
Вместе с Петровой они вернулись в лифт.
Взяв Дилару за руку, Каттер отвел ее в комнату, обставленную намного лучше, чем она ожидала. Размером с каюту на круизном корабле, с небольшой ванной, кроватью, ночным столиком и комодом. На кровати лежала смена одежды, а на полу стояла пара туфель.
— Можешь переодеться или оставаться в своем платье и на высоких каблуках, — сказал Каттер. — Мне все равно.
Он захлопнул дверь и запер ее. Дилара слышала, как он приказывает охранникам остаться возле двери. В коридоре послышались удаляющиеся шаги. Кеннер никогда еще не чувствовала себя столь одинокой.
Дилара не собиралась оставаться в платье. Хотя шансы на то, что она сумеет справиться с тренированным солдатом, близки к нулю, ей требовалась более практичная одежда, чтобы, когда придет время, предпринять какие-то шаги. В комнате, вероятно, имелись камеры, но пытаться их найти бесполезно. Если бы она их обнаружила, в комнате немедленно появилась бы охрана.
Присутствие посторонних глаз не слишком ее смущало, поскольку ей много приходилось работать в полевых условиях, где зачастую негде уединиться, но ей не хотелось показывать им больше, чем ее вынуждали обстоятельства. Дилара переоделась, прикрывшись рубашкой, прежде чем снять платье. Одежда ей удивительно хорошо подошла, даже теннисные туфли. В ванной Кеннер чувствовала себя менее уютно, но у нее не оставалось выбора, и она снова прикрылась от любопытных глаз.
Все, что после этого оставалось, — ждать. Она села на кровать и погрузилась в размышления. Ей принесли какую-то еду, но она лишь выпила воды из крана в ванной. Женщина привыкла при нужде обходиться без еды целый день, и если ей хотели подмешать какие-то наркотики, она не собиралась облегчать им задачу.
Дилара настолько была занята собственными мыслями, что едва заметила, как открылась дверь. Каттер схватил ее за руку и поднял на ноги.
— Идем, — сказал он.
— Куда?
— В лабораторию. У нас есть кое-какие вопросы.
Он подтолкнул ее к двери. Они свернули в более длинный коридор и вошли в лабораторию. В стороне стоял Элрик с худым, как щепка, сорокалетним мужчиной с такими же белыми волосами, как и его халат.
В лаборатории имелось три предмета мебели — кресло, вполне уместное в зубоврачебном кабинете, осмотровый стол и стул для врача. Вдоль одной из стен расположились раковина и разнообразное электронное оборудование. Похоже, это помещение должно было служить чем-то вроде лазарета во время их пребывания под землей.
Каттер подвел ее к зубоврачебному креслу.
— Садись.
Оказавшись в кресле, Дилара с тревогой посмотрела на Каттера, который привязывал ее руки к подлокотникам. От ее спокойствия не осталось и следа.
— Послушайте, Себастьян, — сказала Дилара, — я сама расскажу вам все, что вы хотите знать.
— Может, оно и так, — ответил Элрик, — но я не могу поверить вам на слово. У меня нет времени. Завтра мои люди приводят в действие наши устройства, и я должен быть уверен, что никто им не помешает.
— Откуда я могу это знать?
— Раньше мне казалось, что вы знаете более чем достаточно. До меня дошли известия, что специальный агент ФБР Перес и доктор Локке погибли в перестрелке на борту «Зари Бытия». Таким образом, вы теперь единственная, кто знает о том, что знал Тайлер.
Услышав о смерти Тайлера, Дилара почувствовала, как внутри у нее все оборвалось. Элрик, похоже, не лгал.
— Я знаю, что для вас это тягостная весть, — сказал он. — Вы должны понимать, что никто не знает, где вы сейчас. Вы одна. У вас нет никого, кроме нас.
Она попыталась вырваться из пут, но те не поддавались.
