Новый Михаил [трилогия] полностью

То, что было ситуативным решением, внезапно превращалось в пророчество, а слегка подкорректированый текст песни неожиданно наполнил этот парад тем звенящим ощущением, когда ты вдруг входишь в резонанс и со словами песни, и с ее ритмом, и со звучащей над площадью медью оркестра, и с мерным шагом сотен сапог, и с морозным дыханием ста тысяч человек на площади. Песня из будущего пророческим гимном отражалась от стен Кремля и, набирая голос, казалось, с каждой строкой звучит все громче и громче.

И, казалось, что сами марширующие вдруг прониклись величием момента, потому как следующие строки зазвучали словно клятва, с мрачной решимостью и особой торжественностью.

Сотни и сотни патриотов проходили сейчас мимо меня, отдавая честь своему Государю. Сотни островерхих шлемов проплывали между мной и огромной толпой на площади. Но не было в этих марширующих рядах угрозы и у меня было чувство, что люди, заполнившие это огромное пространство, это понимают. Чувствуют, как и я.

Я смотрел на людское море, и видел отклик. Происходящее явно нравилось собравшимся и даже многие пытались подпевать.

Что ж, как говорится, куй железо, не отходя от кассы. Будем петь дальше.

Марш закончился, но эхо песни еще, казалось, звучало над площадью. Я повернулся к стоящему у ворот Сандро и сказал:

— Присмотри за Георгием.

Повелел подошедшему Дроздовскому.

— Еще раз песню.

И игнорируя все предостережения, пошел в сторону толпы. Постучав в железную дверь, я отдал короткое распоряжение высунувшемуся офицеру:

— Заводи.

Еще через минуту наш броневик медленно двигался в толпе, а я, высунувшись по пояс из башенного люка, пел вместе с площадью.

И вот мы доехали до середины площади. Один, среди людского моря. И лишь гражданин Минин простер надо мной свою медную руку, словно стараясь поддержать, пока я вылезал из люка и становился на башне броневика. Чувствовал ли я себя Лениным в этом момент? А кто такой Ленин в этот момент?

Я стоял на броневике и молча смотрел на толпу. Постепенно шум стихал. Наконец наступила полная тишина. Они были готовы слушать.

— Соотечественники! Патриоты нашего Отечества!

Толпа бурно зашумела.

— Сейчас я вижу перед собой настоящее людское море. Кто-то презрительно скажет — "толпа", но НЕТ, НЕ ТОЛПА! Я вижу перед собой настоящий народ русский, и я горд оттого, что мне выпала великая честь стать державным вождем такого великого народа, как наш. То сакральное единство, которое всегда связывало Царя и Народ, сейчас ясно видно всем, включая наших врагов. "Царствуй на страх врагам" — так поется в нашем Гимне. "Царствуй на славу нам" — так поем мы все, вкладывая в эти слова наше понимание общественного народного единства во имя общих целей — защитить и преумножить славу России, творить новую жизнь, новую державу и новое будущее для себя и своих детей.

Перевожу дух и продолжаю: