Начало разрушениясистемы богослужебного пения связано с “осевым временем” конца первого тысячелетия, “когда фаза иконосферы сменяется фазой культуры” (стр.138). Суть фазовогоперехода“сводится к факту утраты целостности Бытия, раскрывающегося как достоверность спасения”. Ослабление“силы жития”, утрата традиций послушания отразились и в певческой практике. Переход от принципиально устной традиции пения к письменной и, следовательно, явления “рационализации, регламентации и унификации устной практики системы Октоиха” есть, по Мартынову, свидетельство того, что “теперь достоверность спасения начинает нуждаться в подтверждении собственной достоверности посредством рациональногообоснования...”.
Выход из пространства “иконы” в пространство “произвола” (что, по Мартынову, означает замену “достоверности спасения” хайдеггеровской “достоверностью свободы”),начинается с появлением многоголосия (IX в). Голоса, все менее строго следовавшие за мелодией хорала, ворганумах школы Нотр-Дам (середина XII