Талашкино — гордость Смоленской земли, подлинный бастион национального самосознания нашего народа. Здесь бывали И. Е. Репин, М. А. Врубель, С. В. Малютин, В. М. Васнецов, В. Д. Поленов, Н. К. Рерих. Они помогали хозяйке Талашкина М. К. Тенишевой в благородном ее начинании — возрождении кустарных народных промыслов, сами много и плодотворно работали.
Деятельность Марии Клавдиевны поистине многогранна. Она была способной художницей и певицей, археологом, пытливым исследователем искусства, коллекционером. М. К. Тенишева сумела сделать Талашкино художественным центром, известным не только в России, но и в Европе, во Франции.
Посещение вместе с Барановским Талашкина было на редкость интересным. Оказалось, что Петр Дмитриевич был знаком со многими деятелями Талашкинского кружка. Более того, выбор профессии был сделан им благодаря тому интересу к археологии, который проявляли “талашкинцы”, и в первую очередь сама Тенишева. Она участвовала в археологических раскопках на Смоленщине, в Киеве, Новгороде, была председателем Смоленского отделения Всероссийского общества охраны памятников старины, членом редакции журнала “Баян”. В 1916 году Мария Клавдиевна защитила диссертацию на тему “Эмаль и инкрустация” в Московском археологическом институте, студентом-заочником которого был П. Д. Барановский. Тенишева была удостоена золотой медали и приглашена заведовать в институте кафедрой. Двумя годами позже золотой медали Московского археологического института был удостоен и Барановский, который блестяще продолжил дело, начатое “талашкинцами”.
Наша экскурсия в Смоленск была рассчитана всего на один день, потому так и “спрессовал” всю программу Петр Дмитриевич. Осмотрев Талашкинский музей, мы на одной из аллей тенишевской усадьбы остановились перед стендом, на котором был изображен герб Смоленска — пушка и на ней птица.
— Что это за птица? — спросил Петр Дмитриевич.
— Вещая птица Феникс — символ Смоленска, — ответили мы. — Сколько город ни разрушали, он снова, как Феникс, восставал из пепла.
— А может быть, это вовсе и не иностранный Феникс, — хитро улыбнувшись, сказал Петр Дмитриевич, — а пережившая время и воплотившаяся в новом “оперении” вещая птица Див из “Слова о полку Игореве”?
