Дом, белье на некоторых балконах, на площадке дети играют, к скамейке подбирается голубь, мечтая найти какие-нибудь семечки; над домом сочно-синее, уже предвечернее небо. Без туч… Вроде все нормально, спокойно, а в действительности… Вспомнился фильм «Ночной дозор», и послышался шепоток прячущейся повсюду, под каждой тенью, нежити. Ждущей момента, чтобы накинуться.
И, видимо, это казалось не только Дробову.
— Пойду узнаю, что там… — вскочил Гусь. — Как играть через неделю? — ни фига вспомнить не успеем.
Он дернул дверь, исчез в полутьме. Дверь за ним медленно закрылась. Ольга почти про себя, ласково и жалобно запела, глядя в бумажку:
Мальчишка мой единственный,
Соломенная стрижка,
Носи меня за пазухой,
Ведь я…
— Объясни мне, Оль, — заговорил Андрей, — что такое «соломенная стрижка»? Я понимаю, это волосы могут быть соломенными. А стрижка?..
— Не глумись! — противно, тонко крикнула она. — Это… Не мешай мне вспоминать!
— Вспоминай у себя в кровати! — криком ответил Андрей.
— Погоди… Нет, — сказал Макс, — в натуре хорошая песня получиться может. Народу такое нравится. Душещипательная. Я уже фишку для своей партейки придумал.
— Фигня это. — Андрей вытряхнул из пачки сигарету. — Вообще фигней мы занимаемся. Да. Просто убиваем свои жизни…
— Хэй! — высунулся из-за двери Паша Гусь. — Заработало!
Парни похватали чехлы и футляры.
— Слава богу, — выдохнул клавишник Игорь, — чуть все не перегрызлись окончательно.
<p><strong>В ласкательном падеже</strong></p>
Алехин Алексей Давидович родился в Москве в 1949 году
Алехин Алексей Давидовичродился в Москве в 1949 году. Поэт, эссеист, критик. Автор нескольких поэтических книг. Главный редактор поэтического журнала «Арион». Постоянный автор «Нового мира». Живет в Москве.
Лодочник
русский лодочник
совсем не то что катание в лодке под Аржантейем
(см. холст Э. Мане
в Метрополитен-музее, Нью-Йорк)
в белых брючках и майке с загорелой мускулатурой в шляпе с лентой
с бабой в сиреневом платье
наш в брезентовой робе
дымит папироской на свае глядя в реку
летальный исход населения из страны
похож на лесосплав
березы на том берегу мочат в воде отражения голых ветвей
под небом цвета пятирублевки кто помнит
ну да
мы все уплывем в дощатых подземных лодках
затянет под сваи
и лодочник будет шевелить нас багром
а после покурит опять
любуясь
на то как ворона пошире расставив ноги
расправляется с рыбьей головой
на замусоренном песке
да и не лодка у него а тачка
с лопатой вместо весла
Кровельщики
небо у нас дырявое
сучковатое все в свалявшемся ватине
в дождь сверху каплет
гость приезжал
рассказал как у них
