Совокупностью этих мер Китай выигрывает время, оттягивает наступление кризиса и пытается предотвратить его вообще, не выходя за рамки нынешней градуалистской политики. Может быть, ему это удастся, тогда все наши опасения окажутся необоснованными. Однако нельзя не учитывать возможности реализации другого сценария.
Как писал замдиректора китайского Института Восточной Европы, России и Средней Азии профессор Ли Цзинцзе, “если бы у Китая были экспансионистские поползновения и территориальные претензии в отношении России, то почему бы ему не переждать 20 — 30 лет, чтобы, став экономической и военной сверхдержавой (как предсказывают многие в России) и далеко превзойдя Россию по совокупной мощи, вновь не начать с ней переговоры по пограничной проблеме”. Употребление в этой фразе слова “вновь” может означать, что именно таким образом Китай и будет действовать в том случае, если “далеко превзойдет Россию по совокупной мощи”, а ныне действующие соглашения будет выполнять до тех пор, пока (и если) не достигнет такого превосходства. В этом случае очень пригодится и вышеописанная историография (как идейное обоснование), и мигранты на территории России (как “пятая колонна”).
Видимо, подобный сценарий может быть применен и в том случае, если китайское руководство увидит, что серьезный внутренний кризис становится неизбежным. И решит, что единственным способом избежать его является внешняя экспансия, обеспечивающая захват территорий и ресурсов и отвлекающая население от внутренних проблем. Другими словами, экспансия будет рассматриваться как “меньшее зло”. И здесь не может не напрашиваться вопрос о возможности военной формы экспансии.
