Если иностранцев больше не предвидится, остатки брони (вспоминаете лексику?) передаются в первую “тарквилу”, где распределяются по списку льготников: участники операции в заливе Кочинос, ударники сафры, матери-героини… Остальной люд угрюмо ждет отхода автобуса, чтобы начать битву в новой очереди: может быть, удастся попасть в список пассажиров на следующую неделю. А что поделаешь, бензина нет — эмбарго…
С 1991 года поставки нефти из Советского Союза на Кубу сократились. Куба в течение ряда лет получала из СССР 13,5 миллиона тонн нефти в год. Однако ей реально необходимо лишь около 10 миллионов тонн. Три с половиной миллиона она реэкспортировала, иначе говоря — попросту продавала на мировом рынке за валюту. А еще точнее — сам Советский Союз продавал эту нефть для “друзей”. Был организован так называемый “нефтяной треугольник”. Такой “геометрический” термин носила практика, при которой в свое время Советский Союз не гнал свою нефть на Кубу, а поставлял ее западноевропейским партнерам Венесуэлы, которая, в свою очередь, аналогичные объемы нефти отправляла на Кубу. И это для режима был главный источник дохода. За продаваемую советско-венесуэльскую нефть кубинцы в 1986 — 1989 годах получали больше, чем за сахар, свой главный продукт.
Таким образом, в 1991 году Советы сократили поставки лишь той части нефти, которая шла на перепродажу. Нехватка нефти с 1991 года была вызвана или продолжающимся реэкспортом теперь уже необходимой Кубе доли нефти, или созданием стратегических запасов для армии. Конечно, прерванные связи больно ударили по хозяйству острова, в том числе и по транспорту. Но главная причина кризиса — в неэффективности кубинской экономики, в нежелании кубинского руководства разрабатывать конкурентоспособную модель экономики, в диких волюнтаристских методах Кастро, любой ценой пытающегося сохранить власть в стране.
