“Надо мной нависает текст, как козырек над подъездом”… Давно известно, что Андрей Битов — великий тасователь, преобразователь и аранжировщик собственных текстов. Автокомментатор, тонкостями аналитики перещеголявший всех своих критиков, — вспомним, как облекался в битовские комментарии, словно в обнову, “Пушкинский дом”. Виртуоз автоцитат и дублей. Мастер новых контекстов для старых текстов, новых связей, обнаруживаемых как бы к изумлению самого сочинителя, который спустя годы убеждается в неслучайности очередной вытягиваемой из клубка нити. (То, что Битов — лучший, думаю, прозаик последних десятилетий, оставим в скобках.) Десять лет назад он представил четырехтомное избранное не абы как, а в виде “Империи в четырех измерениях”, от Питера во все концы. И оказалось, что действительно нет у нас другого такого певца Империи… и свободы (внутренней, конечно, за тогдашним отсутствием иной).
Выпущенные в прошлом году книжечки — еще три примера изящных пасьянсов. “Дворец без царя” — малоформатный “петербургский текст” (1971 — 2003), представленный Битовым к юбилею родного города, из коих трехсот лет, поясняет автор, двадцать два прожиты ими совместно. Мне приятно перечитывать любимые вещи (“Аптекарский остров” — с него начинается настоящий Битов, а не с громко срезонировавшей вслед ему “Дачной местности”; “Рассеянный свет”, “Похороны доктора”) в окружении трех-четырех эссе, ранее не читанных, затерявшихся. Здесь же — одна из лучших пушкинских штудий, о “Медном всаднике”. И заключающая книжку мысль Битова о России как не отсталой, а
А вот в “Серебре — золоте” вытащена ниточка совсем неожиданная — спортивная: раннее, немного наивное “Путешествие к другу детства” и отличное мотогоночное “Колесо” плюс новенькое к ним вступление “Физ-ра и лит-ра”, которым книжка для меня и интересна (занятные строки об Иосифе Бродском, остроумное рассуждение о разнице между чемпионом и рекордсменом). Открывается же книга бравурным “атлетическим” фото восемнадцатилетнего юноши Битова и эпиграфом из Зощенко: “Чертовское, однако, здоровье изволил потратить автор за годы работы головой”, — что тут же подтверждается другой, позднейшей фотографией. Не худо…
