После нескольких минут фильма регулярное смаргивание героини становится для зрителей (возможно — только для женщин; это требует проверки) таким же незаметным, как и для нее самой.
Героиня смотрит в окно, героиня пишет письмо, героиня варит кофе, героиня ждет.
Ее саму мы можем увидеть лишь в зеркале, или в стекле окна, или в передней панели микроволновки — когда ее взгляд туда случайно упадет.
Но не раньше, чем через двадцать минут после начала фильма (зрителей нужно интриговать).
Звонок в дверь: пришел герой; на плече у него болтается фотоаппарат.
Между ними происходит разговор: наконец-то мы слышим ее голос.
Герои ругаются: это их последняя встреча.
Героиня в истерике; моргание учащается, слезы наворачиваются на линзу.
Герой вынимает фотоаппарат из кофра и направляет объектив на героиню.
Она захлопывает дверь у него перед носом.
Она идет к открытому окну.
Мы видим (общий план) вышедшего из подъезда героя; мы слышим оклик героини.
Полёт — падение.
Героиня мертва; камера покидает ее зрение и воспаряет над телом.
Таков примерный сюжет, однако дело не в нем, а (повторимся) в методе.
Ибо он помогает обнаружить то, ради чего однажды родился кинематограф.
Ибо Бог — внутри головы; Он смотрит на мир нашими глазами, а вовсе не наоборот (полагать так было бы чересчур самонадеянно).
Причины
Каждый год — что-то новое.
Невиданный урожай яблок.
Обнаруженное в глубине сада около вечно запертой калитки тутовое дерево.
Новая тропинка между холмами.
Дырка в мочке (пересёк экватор? родил третьего сына?).
Любовь, не ждущая выхода.
Мысль, не требующая завершения.
Поцелуй в колено.
Прикосновение ступни к позвоночнику.
Очередной трофей для фарфорового зверинца.
Покупка роликовых коньков.
Соблазн прозы.
Кусочек сахара от Рез
Смерть.
Каждый год — нечто новое.
(“А ты что видишь?”)
[1]Санджар Янышев: «Перекинуть арку от себя к себе другому». Интервью информационному агентству «Фергана.Ру»
