Конфузная ситуация для современного культурного человека, живущего в стране с такими литературными традициями, — ограничивать свой литературный кругозор фаст-фудом “Пелевин-Акунин-Мураками”. Но спросят: а как до этой вашей настоящей литературы дотянуться, где они, ваши журналы, в обычной жизни обычного читателя? Согласен, дотянуться непросто. На все журналы не подпишешься, а абсолютного лидера, то есть журнала, поставляющего читателю лучшие тексты современной литературы, среди них нет и быть не может. Художественный уровень большинства толстых журналов примерно одинаков (иначе в условиях реальной конкуренции им не выжить). Полянскую, Азольского, Уткина мы читаем сегодня в “Новом мире”; Дмитриева, Вишневецкую — в “Знамени”; Наймана и Петрушевскую — в “Октябре” и т. д. А застрявшая в моей памяти с легендарных уже времен картинка тесно стоящих на полке газетного киоска “Дружбы народов”, “Октября”, “Иностранной литературы”, “Сибирских огней” или “Севера” мне сейчас кажется миражом. На всю Москву пять или шесть торговых мест, где можно купить свежие номера журналов (можно покупать журналы в их редакциях, но хорошо, если, допустим, вы москвич и к тому же ищете публикацию в московском издании, а если нужны “Звезда” или “Урал”?). И что делать жителю Воронежа или Хабаровска, услышавшего по радио о публикации новой повести любимого писателя в тех же “Знамени” или “Дружбе народов”, если даже московские библиотеки не всегда имеют возможность подписаться на “Новый мир” или “Иностранную литературу”? (Мой коллега, читающий время от времени обзорные лекции о современной литературе студентам гуманитарных вузов, регулярно задавал один и тот же вопрос: “Есть ли среди вас хоть один подписчик толстого журнала?” И хорошо, если хотя бы один из двухсот слушателей поднимал руку. В последний раз он сменил свой вопрос: “Есть ли в этой аудитории кто-то, кто держал в руках толстый литературный журнал?” — и увидел четыре, он посчитал, поднятые руки.)
Вот и получается, что главный выход сегодня — Интернет. Громоздко, неудобно, особенно с распечатыванием на бумаге больших текстов, но лучше, чем ничего. И, кстати, исключается ситуация, описанная когда-то Войновичем: как он, узнав заранее о появлении “Мастера и Маргариты” в журнале “Москва”, обегал в день выхода номера московские киоски и от всех киоскеров услышал “Продано”. Интернетовский тираж журнала в принципе не ограничен. И доступность номеров уже не зависит от времени выхода.
