В опустевших квартирах поселялась коммерческая любовь. Любовно сваренный на неделю борщ прокисал, ибо он в последнюю очередь интересовал оставшихся якобы в одиночестве “мужеотцов”. Кстати, не знаю ни одной семьи, которая распалась бы из-за того, что “мужеотец” пользовался услугами “девочек по вызову-и-ответу”, хотя шалости сбрендивших нередко выползали наружу. Женоматери как-то сносили все это. Хотя, наверное, где-то и бывали семейные распады. Если честно, я очень боялся в те годы, что какой-нибудь “папаша” совершенно по-мопассановски обнаружит собственную дочь среди вызванных барышень. Тем более слухи про такие ситуации ходили.
А гостиницы, набитые командировочными, прибывшими на разные “конференции”, ночами в те времена тряслись как холодильники советского производства. Тоже пребывавшие в угаре массового потребления проститутки набрасывались табунами в гостиничных холлах и лифтах даже на людей в двухлетних джинсах и с томиком Рильке под мышкой.
Знаменитые “мужские разговоры за баб” сводились в эти годы к разговорам о том, за сколько, с кем, по какому телефонному номеру. Особая мифология возникла вокруг подрабатывающих волшебными телами студенток германского отделения Лингвистического университета и учительниц начальных классов. Почему-то считалось обязательным отметить тот факт, что студентки-германистки приезжали на дело — в очках. Один мой приятель, когда мы вышли из такого многочасового разговора покурить на улицу, заметил: слушай, у меня ощущение, что нашим мужикам бесплатно уже никто не дает.
Годы прошли. “Угар нэпа” несколько спал. Жизнь вошла в обычную колею. Однако в недавней беседе один человек, работавший шофером в сфере сексуальных услуг, подтвердил мои прежде совершенно субъективные догадки: 2001 — 2003 гг. — это были годы скачкообразного роста доходов в этой сфере. “Золотой век” массового коммерческого либертинажа.
Пьяненький “бывший студент”:
“Вспоминаю все ваши разговоры про социально-антропологические наблюдения. Вот посмотрите вокруг. Видите, как за последние пять-шесть лет уменьшилось количество геев. И как много стало лесбиянок. А все потому, что геи свалили в Москву и Питер. А лесбиянкам ехать некуда — у лесбиянок
Советую ему бросать бизнес и уходить в социальную науку. У него уже целый концептуализированный социальный феномен в кармане.
Рассказывает женщина лет пятидесяти:
