Откуда взялся этот март? Может, календарные стереотипы — кончится зима и все будет по-другому? Может, аграрные архетипы всплывают — будет весна, начнется посевная, появится работа? Или кто-то что-то из весомых аналитиков ляпнул?
Циничный вариант реакции на эту фразу: до марта КАКОГО ГОДА?
Интересно, у теряющих работу на Западе тоже используется какой-то временной психологический порог трудностей?
<p><strong>Сокращенный рай</strong></p>
Назаренко Михаил Иосифович родился в 1977 году, окончил Киевский Национальный Университет, кандидат филологических наук, преподает литературу в Институте филологии КНУ, автор монографии «Поховання на могиле», посвященной Т.Г.Шевченко, сборник рассказов «Новый минотавр», живет в Киеве. В <186> 6 «Нового мира» за этот год опубликована его повесть «Остров Цейлон».
Отчизнаесть то, чего ищетдушанаша.
Андрий Бульба
Когда в 1842 году вышел в свет первый том «Мертвых душ», жители Полтавской губернии обрадовались чрезвычайно: наконец-то глумливый земляк «пощадил Миргород»[1]; это не о нас, этоо них. Напротив, Осип Сенковский, рецензируя в «Библиотеке для чтения» четырехтомник гоголевских сочинений, усмотрел в «Шинели» (как и в «Ревизоре», и в «Похождениях Чичикова») «все то же»: «напряженную малороссийскую сатиру»[2]. Ведь и «Ревизор», как утверждал Булгарин, изображает провинциальный украинский город, а следовательно, к Великороссии никакого отношения не имеет.
Сто лет спустя обе стороны все так же не могут прийти к согласию, «кому принадлежит Гоголь» (так называлась одна статья столетней давности). Одни утверждают, что великорусская часть гоголевской души его и погубила; другие беспокоятся, что украинцы Гоголя «присвоят и унесут в НАТО» (дословно цитирую выступление Игоря Золотусского).
Между тем необходимо помнить, что, когда в текстах Гоголя и его современников мы встречаем слова «русский» и «малороссийский» применительно к языкам, землям и культурам, к нашим теперешним толкованиям они имеют разве что косвенное отношение. Иная понятийная сетка, иные координаты, в которых возникала каждая новая книга – да что там, каждое высказывание писателей и критиков!
