В отсутствие нормальных социальных институтов в сетях нуждаются не только малообеспеченные граждане, но и сравнительно обеспеченные. Поскольку в наших условиях цена услуги отнюдь не гарантирует ее качества, мы начинаем не со справочника, а со звонка знакомым, родственникам и сослуживцам. Я называю подобные ситуации “по блату и за деньги”. Так лечат зубы, ремонтируют квартиру, находят няню и медсестру, которая делает уколы на дому. Так подыскивают преподавателя игры на флейте и репетитора по физике. Именно включенность в сети смягчает аномию, потому что позволяет ориентироваться в условиях социального хаоса.
В “нормальном” обществе среднеобеспеченный гражданин имеет “своего” нотариуса и своего адвоката (или адвокатскую контору), выбор которых обусловлен прежде всего возможностью оплачивать соответствующие услуги, хотя разумный человек не станет пренебрегать рекомендациями более опытных знакомых. Так включенность в сети обеспечивает “тонкую настройку” наличных возможностей.
В нашем обществе с его институциональными дефицитами многие функции нотариуса еще недавно исполнял “отдел кадров” и ЖЭК, а к серьезному адвокату обращались лишь в исключительных случаях и, разумеется, искали его через родных и друзей. Но и сегодня без включенности в сети просто не проживешь. Это в Швеции в любой семье есть медицинский справочник, а среди моих друзей я одна являюсь счастливым обладателем современных медицинских справочников как для врачей, так и для больных.
Принадлежность одновременно к нескольким эффективным сетям является весомой “добавкой” ко всем видам капитала, которыми располагает данный социальный агент, — экономическому, культурному и даже символическому. Выходит, чтобы описывать такое общество, надо перестать мыслить только в терминах групп, страт, доходов и даже самоидентификаций.
Что касается принципа “по блату и за деньги” — боюсь, что это надолго.
<p><strong>Водоканальи и моя душа. Писатель и коммерция</strong></p>
Горланова Нина Викторовна — прозаик, постоянный автор “Нового мира”.
— Водоканальи! — качает головой муж.
— А кто хуже? Работники водоканала только все разворовали и подталкивают меня к самоубийству, а я думаю о нем как о спасении. Значит, я хуже.
— Нина, это всего лишь запах унитаза!
— Это Гулаг.
— Нет, это рай Гулага!
Сняла со стены и выбросила портрет Цветаевой. Все-таки она самоубийца, а я еще на сколько-то процентов надеюсь спастись… Ангел-хранитель, подставь крыло!!!
Все началось ночью — лавина запаха хлынула, и я стала звонить в аварийную службу, но там сказали:
