<p>У окраины сердца</p>* * *Выдохнуть бьющуюся в гортанибабочку и неживою природойлечь, упуская эры братанийвидов, взращенных на кислороде.Женщина, гумус, материя — меритьнечего. Эти различья подобны.Значит, я ближе и к жизни, и к смерти.Бабочка вздрогнула, сев поудобней.* * *Терпенье, терпенье — вот все, что осталось теперь,когда наступает песчаное время потерь,пустынное время разбрасывать силы и камни.И если ты скажешь: опомнись, вернись, собери —иль ты позабыла о ветках, растущих внутри? —отвечу тебе: эта тяжесть теперь велика мне.Воткни меня в землю и деревом хрупким храни.Ты знаешь, какая здесь почва — песок и гранит.Присядешь в тени и подсохшие соты гранатаразломишь — а это твои промелькнувшие дни.Каким незамеченным счастьем сочатся они!И ты их глотаешь — постфактум, спеша, воровато.Как много просроченных подвигов в плане, но гденам здесь научиться неслышно ходить по воде?Как выпить обиду до дна, до касанья губамиодежды врага, ведь всегда он на той стороне,смеется над нами, паяцем бежит по стене?О, как же расти, ни препятствия не огибая?Ты говоришьТы говоришь:«Эта пугающе-липкая мгла,что ползет от торфяников, в горле и горечь, и жженьеоставляя, гигантской бесформенной тварью была:вырывала прохожих слабеющие растеньяи глотала их. Как я боялся тебя не найти!И, стеклянный сосуд-оболочку тебе выдуваяиз спасительных слов, я бежал переулком, и тычудом встретилась мне. Но стекло раскололось, едва яобнял тебя». Если бы я… Если б я только моглаудержать этот сон, этот миг, этот мир от разрыва и пораженья,но сама я фигурка в огне, и огонь, и зола,и ни зла, ни добра нет уже при таком приближеньек тебе. Если бы ты… Но уже никаких«бы» не построить на узкой полоске у самого краяземли. И пока это пламя не стих —нет, буду стоять, как трава, до корней прогорая.* * *Неужели и ты из тех, ктосминает рельеф, как текто —нический сдвиг, как техно —кратический бум, как тотпрославленный архитектор,что строит дворцы пустот?И ты — лишь о том, о том жеоскоминном: о подкожномсмятенье, о том, что тоньше,беспомощней и грубейсловесной игры роскошной,оставшиеся на губе?Как мне пролететь над женско —мужским, неумелым жестомни флюгера хриплой жести,ни облака не задев?Не выдразнить тьму нашествий,таящуюся везде.* * *
